Бракованное чудо стр. 46
прожужжали, какая она великая и могучая. Ну и потом уже приходилось видеть, как она с людьми-то, да и с нашим братом. Зато с тех пор, как она выскочила, как чёрт из табакерки, всё коту под хвост. Даже ты изменилась, и я не только в плане потрясающих способностей читать взрослых оборотней, а вообще. Как одержимая стала этой Варварой.
Слава нахмурился, недоверчиво переводя взгляд между нами.
– Ладно, я понял, что моя бывшая девушка пользуется у вас дурной славой. Но кто-нибудь объяснит мне, каким образом всплыл некий заколдованный от оборотней детдом?
– Там Алёнка, – припечатала, пускай знает.
Слава открыл было рот, чтобы спросить, ну и что с того, да так и замер. Дошло, куда я клоню.
– То есть про жертву это были не выдумки? – он очень медленно выговаривал слова, будто пробуя их на вкус.
– Я не знаю. Понятия не имею, что происходит, и мне жуть, как страшно.
– А почему твоя падчерица в этом детдоме? – Слава не заметил, как до боли сжал мои пальцы.
– Потому что Варвара, по совместительству директор детского дома, охраняет её от меня. Во всяком случае, Алёнка это так видит. После недавней ссоры возвращаться домой она отказалась, если там буду жить я.
– А ты как относишься к девчонке? Только честно.
– Всегда любила, как родную дочь, она же была совсем крошечной, когда мне пришлось заменить ей маму. Видимо, за последние годы что-то сломалось.
– Ты не ответила на вопрос.
– Я ни за что не позволю обидеть её. Себе тоже не позволю.
Слава просто кивнул и расслабил хватку – к счастью, пальцы мои уцелели.
– Значит, я сам попробую туда заглянуть, а ты лучше побудь пока у меня наверху, лады?
Они с Серых уже вовсю обсуждали, как организовать осмотр, так что прощание вышло скомканным. Слава погладил мои волосы, словно жалея расстроенного маленького ребёнка, а потом поймал мой потерянный взгляд и поцеловал уже по-другому, но быстро ушёл.
Я неподвижно сидела у панорамного окна в обнимку с бульдогом, когда снова увидела тех людей из подворотни. Они были сейчас в подвале, забитом причудливыми инструментами, многочисленными канистрами и жестяными банками – настоящая лаборатория. Капюшоны на этот раз были опущены, и я смогла разглядеть их лица. Обыкновенные человеческие лица, и они спокойно переговаривались, обсуждая спорт.
Это не воспоминание – чувствую, как покрывается мурашками спина того рыжего парня, за которым стою прямо сейчас. Он замолкает и оборачивается, всматриваясь в заваленный коробками стеллаж, а я инстинктивно делаю шаг назад, но тот смотрит сквозь меня и не может понять, отчего вдруг так сильно обдало холодом и стало неуютно.
Безволосый коротышка напротив удивлённо задирает брови и грубо спрашивает, чего это он пялится на кучу хлама с таким видом, как будто там привидение. Парень деланно небрежно возвращается к работе, но нет-нет да и косится за спину.
Пробую вытянуть призрачную руку и коснуться его правого плеча – рыжий вздрагивает всем телом, отчего коротышка витиевато ругается и предлагает отойти трястись в другое место, подальше от стола. Рыжий несколько раз смотрит на стеллаж и обратно на коротышку, а потом плюёт и твёрдо нацеливается на выход. Коротышка бросает вдогонку что-то про недоучек с кривыми конечностями, а я устремляюсь следом за