Библиотека

Будем как солнце! (сборник) стр. 107

Размер шрифта
-
+
Тема

медвяный,

Еще другой ищу души.

Судьба мне показала горы

И в океанах острова.

Но в зорях тают все узоры,

И только жажда зорь жива.

Судьба дала мне, в бурях страсти,

Вскричать, шепнуть, пропеть: «Люблю!»

Но я, на зыби сопричастий,

Брал ветер кормчим к кораблю.

Судьба, сквозь ряд десятилетий,

Огонь струит мне злато-ал.

Но я, узнав, как мудры дети,

Ребенком быть не перестал.

Судьба дает мне ведать пытки,

На бездорожье нищету.

Но в песне – золотые слитки,

И мой подсолнечник – в цвету.

Из книги «Светослужение»

1936–1937

Как мы живем

Как мы живем, так и поем, и славим.

И так живем, что нам нельзя не петь.

Фет

Мы так живем, что с нами вечно слава,

Хмельная кровь, безумствующий бред,

И, может быть, в том жгучая отрава,

Но слаще той отравы в мире нет.

Как мы живем? Взгляни, о мрак лукавый,

Что над тобой? Глубокий синий час.

Там яхонты, не ждущие оправы,

Смарагды, лаллы – все это для нас.

Сам Вседержитель властною десницей

Толкнул и опрокинул россыпь снов,

Затем, что Он в ночах, зарницелицый,

Внимать любви вспевающей готов.

И мы поем – о том, что любим рдяно,

Что травы ночью грудим мы в стога,

И песня бьется струйкою кальяна,

И океан рокочет в берега.

И так

поем, что, если б были мертвы,

Мы ожили бы, слыша тот напев,

И кругоём лазури распростертый

Богаче стал, от нас поголубев.

Мы так живем в той песне безоглядной,

Мы так взметаем зыбь души в струну,

Что новый – тут и там – светильник жадный,

Прорезав ночь, взлетает в вышину.

И любо нам безумное забвенье,

И любо перелить нам в злато медь,

Любовью звонкой вечность лить в мгновенье,

Сквозь тишину до вышних звезд греметь!

1936. 28 октября 11 ч. у. Яркое солнце Тиаис Задымленные дали

Я люблю задымленные дали.

Предрассветность, дремлющую тишь.

Озерки, как бы из синей стали,

Ширь и даль, куда ни поглядишь.

Лип высоких ветви вырезные,

Четкие в лазури золотой,

Сети трав, утонченно-сквозные,

Солнца шар, из золота литой.

Я люблю крутые косогоры

В чашечках раскрывшихся цветов,

Свет их цвета, голубые взоры,

Мед их пить душой всегда готов.

Я люблю безмолвное качанье

Цветика к другому, рядом с ним,

Заревое сонное звучанье,

Звук, плывущий тихо за другим.

Эти накопленья, переборы,

Переплески восходящих сил,

Дышат опрокинутые горы,

Слышат хоры вышних звезд-кадил.

Непрерывна творческая пряжа,

Все творят, во сне и наяву,

Червячок, и он, зеленый, даже

Хочет зеленить собой траву.

Многоскатно всюду, многопольно,

Многоцвет сапфиров, жемчугов,

Серебро реки всплеснулось вольно,

Волны шепчут сказку берегов.

Я шепчу вослед благословенье,

Чувствую, как силы возросли,

Как, испив рассветное мгновенье,

Дали, дрогнув, манят быть вдали.

1936. 21 ноября Голубая занавеска

Голубая занавеска

    Колыхнулась на окне.

Океан, весь полный блеска,

    Из постели виден мне.

Весь гудит он от разгула,

    Крика, всклика голосов,

Словно в синем потонуло

    Полногласие лесов.

С человеческою песней

    Слита песня соловья,

Оттого звучит чудесней

    Многозвонности струя.

Для какой веселой цели,

    Над гремучею волной,

Звон густой виолончели,

    Флейты голос разливной?

Для чего безумства скрипки,

    Переплески всех тонов,

Звуковой зазыв до сшибки

    Зычных звучных голосов.

Светлозвончатые звенья

    Рдяно-звучного огня?

Одинокое мученье

    Одинокого меня?

Чуть качнется занавеска –

    Синей вновь стоит волной,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.