Бульдожья схватка стр. 313
Хорошо… Предположим, ему и в самом деле помутила разум сумма. И наш болван решил захапать денежки. Но объясни ты мне, каким чудом ему удалось все провернуть? Кто ему дал код замка в «спецотделе»? Как он ухитрился, будучи на глазах, найти себе помощника? Где с ним встречался? Когда договаривались? Где «уазик»? Он был под колпаком…
— Не всегда…
— Почти всегда. Достаточно плотно, чтобы знать о всех его встречах и передвижениях. Я лично не могу найти щелочки… А ты, Мить?
— Аналогично, Павел Иванович.
— Подождите! — взвыл Фомич. — Код замка он мог просто-напросто подсмотреть и запомнить…
— Возможно. Ну и что? Это-то как раз не самое
важное… Где он отыскал сообщника, я тебя спрашиваю? Когда он успел все провернуть и как? Ну, дай мне хотя бы намек на версию… Что молчишь, тварь?
— Кстати, там, на углу Кутеванова-Западной, как раз живет Марушкин… Жил, то есть…
— Фомич… — брезгливо протянул Пашка. — Ты уже несешь откровенную шизу… По-твоему, покойный Марушкин ему помогал машину спрятать?
— Я не это имел в виду… Когда он от меня оторвался… Именно там, где жил Марушкин… Это зацепка…
— Это не зацепка, а неумелый звиздеж, проистекающий из твоей глупости, падло, — отрезал Пашка. — Никогда он от тебя не отрывался — с чего бы вдруг? Это ты, сукин кот, пытался какую-то легенду придумать, но не довел до ума, запутался…
«Отлично, — констатировал Петр. — Нужная степень обмана врага достигнута: истину они считают ложью, а ко лжи относятся, как к истине. Версия их ведет. Начав ее логически дополнять, влипли окончательно. Как и с шизофрениками: сумасшедший допускает одну-единственную неверную исходную посылку. Зато все, что вокруг нее в больном мозгу наворочено, как раз безукоризненно логично и где-то даже убедительно… Правда, эта логика и убедительность отнюдь не делают шиза здоровым, а его россказни — истиной».
— В общем, так, Фомич, — сказал Пашка. — Ты мужик взрослый, сам понимаешь, что говорить на эту увлекательную тему можно до бесконечности, вот только жаль времени. Получилась классическая ситуация, у вас с манекеном, я имею в виду, — его слово против твоего слова, и наоборот. Однако то, что я слышал от него, — очень логично и убедительно. А то, что ты нам тут проблеял… Ну совершенно не вызывает доверия, уж извини. Короче, так: или ты все расскажешь подробно и честно, или в самом деле придется малость погладить бритвой по яйцам. Ну?
— Понял! — торжествующе возгласил Фомич. — Наконец-то дошло! Хотели вывести меня из дела, а? Я вам теперь не нужен? Когда сделал свою часть работы? Теперь можно и не делиться? Вот и придумали насчет «уазика»?
Ровным, даже скучающим тоном Пашка произнес:
— Митрий, друг мой, клиент по-хорошему не понимает. Не бросить ли нам эти бесполезные дрязги и не приступить ли к активному следствию?
— С превеликой охотой, босс… с-сука…
В комнате определенно что-то произошло. Воцарилась полная тишина. Петр решил было, что с микрофоном что-то случилось, но тут же расслышал тяжелое, напряженное дыхание, скрип отодвинутого стула, шаги.
— Стойте на месте, — раздался звенящий от напряжения голос Фомича. — Я с вами не шучу, подонки…
— Фомич, — с наигранной бодростью произнес Елагин. — Брось дуру, Фомич, ты же с ней обращаться не умеешь, она ж у тебя и вовсе незаряженная, на предохранителе стоит…