Бумажный тигр (II. Форма) стр. 60
господин властитель коровьих душ.
— Вас-то что привело на остров? Уж точно искали не свежие пастбища, а? Готов побиться об заклад, какая-нибудь дамская прихоть. Попытка залечить разбитое сердце? Поиск необременительного курортного романа?
— Мистер Тармас! — Доктор Генри строго взглянул на него, — Пожалуйста, воздержитесь от язвительности. Думаю, у каждого из нас в прошлом найдутся детали, которыми мы едва ли станем щеголять в приличном обществе. Однако позвольте вам напомнить, что здесь не светский раут и не дружеская гулянка.
Скотопромышленник кашлянул. Короткая отповедь доктора Генри сбила с него напускную браваду и фиглярство.
— Извините, — Тармас бросил взгляд в сторону Графини, — Я часто делаюсь несносен, когда нервничаю, а сейчас повод для этого как нельзя более подходящий. Мои извинения, Графиня Лува.
К удивлению доктора Генри Графиня приняла извинения с достоинством, даже одарила того своей холодной улыбкой.
— Всё в порядке, мистер Тармас. Ваше предположение не отвечало правилам хорошего тона, однако по своей сути было недалеко от истины. Если я что-то и искала здесь, так это душевного отдохновения. Последние несколько лет в самом деле выдались весьма непростыми для меня. Простите меня, джентльмены, если я вынуждена опустить подробности. Довольно будет того, что некоторые из этих подробностей в самом деле просочились в прессу, причинив мне дополнительные страдания. Мне требовался отдых — и ещё смена обстановки. Полгода или год в каком-нибудь пасторальном живописном уголке, до куда не дотянутся липкие щупальца газетных писак и фальшивые, как мой родовой жемчуг, соболезнования близких. Привычные варианты мне пришлось отмести. Швейцарские пансионы хороши для нервических больных, их сомнамбулическая обстановка тяготила меня. Шумные французские гостиницы также не прельщали меня. Мне требовалось что-то другое. Место, где я снова смогу обрести себя или, по крайней мере, упорядочить те осколки, что остались у меня в память о прошлом. И я…
— Выбрали Новый Бангор, — негромко произнёс доктор Генри, почувствовав, что голос Графини слабеет и тает, — Не лучший выбор, однако, уверяю, все здесь собравшиеся, отлично вас понимают. Каждый из нас был в таком же положении.
Архитектор нетерпеливо ущипнул себя за бакенбарду. Похожий в своей строгой седой чопорности на школьного учителя, он и вёл себя подобно учителю, сердито поглядывая на окружающих, точно находился в шумном классе, наполненном недисциплинированными школярами, и лишь отсутствие указки мешало ему восстановить порядок.
— Не обобщайте, глубокоуважаемый Доктор! — вставил он своим скрипучим голосом, — Не всех из нас привели сюда амурные дела или барыши. Я, например, прибыл сюда по служебной командировке. Я, видите ли, инженер и
— Пусть Графиня закончит, — мягко попросил доктор Генри, — Мы выслушаем каждого.
— Не стоит, — графиня Лува резким движением поправила на плече складку своего тяжёлого плаща, точно тот стал тяготить её, — Окончание вы, безусловно, знаете и так. Не могу вспомнить, кто сказал мне про Новый Бангор, прелестный тихий островок в дальнем углу Тихого океана. Место, где цивилизация ещё не сделалась навязчивой, а жизнь не стянута уздой удушливой викторианской морали. И я… я… Наверно, мне надо было… Господи, какая теперь разница?
В этот раз она действительно замолчала, хоть её никто не перебивал. Пастух молча ковырял толстым, как плотницкий гвоздь, пальцем свой жилет. Поэт с застывшей на лице неприятной усмешкой, колючей, как приставший к одежде чертополох, слушал рассеянно с прикрытыми глазами и