Библиотека

Бумажный тигр (II. Форма) стр. 92

Размер шрифта
-
+
Тема

«Эйнард, — очень холодно сказал я ему, — Кажется, вы всё ещё не поняли, с какой силой заключили договор. Губернатор Мортлэйк — это не благотворительный фонд и не ростовщик, который довольствуется парой звонких монет. Он хочет вернуть обратно всё. И, ради вашего блага, я бы так и поступил». «Ладно, — он стиснул зубы, — Если этот мерзавец хочет платы за свои услуги, я не постою за ценой. Тысячу фунтов!» Я не поверил своим ушам. Обретя возможность снять с себя душившее его проклятье, он пытался торговаться с дьяволом, пытаясь выгадать себе лучшие условия! Он не понимал. Не хотел понимать. А я выглядел глупо, пытаясь ему объяснить. В конце концов я бросил эту затею, оставив его пьяно рыдать в одиночестве. Он вспоминал свои юношеские мечты. Чистые скатерти. Запах сдобы.

— Он… Полагаю, он в некотором смысле повредился в уме?

Лэйд задумчиво коснулся ложечкой бесформенной кремовой кляксы в своей тарелке.

— Нет. Это другое. Здравый разум не отказал ему. Им завладел грех чревоугодия. Начав есть, тяжело отказаться от следующего куска. Увлёкшийся едок знает, что каждый съеденный кусок сверх утолённого голода не пойдёт ему во благо. Отложится тяжестью в животе, образует лишнюю строку в ресторанном счёте, притупит подвижность и интерес. Однако он ест. Не по необходимости, а всего лишь поддавшись упоительно животной страсти поглощать. Отказавшись от покровительства Князя Цепей, Эйнард потерял бы всё, чем жил. А всё, что он потерял, пришлось бы списать, говоря языком лавочников, в безвозвратные потери. Он был сродни пловцу, который, переплывая реку с сильным течением, не отваживается повернуть обратно, с трудом достигнув середины, напротив, считает, что в его положении проще будет плыть до противоположного берега.

— Значит, он не вернул Мортлэйку всего, что причиталось?

— Не вернул, — согласился Лэйд, — Вместо этого он попытался задобрить Князя Цепей, хоть это было так же нелепо, как задобрить чёрную чуму. Эйнард занялся меценатством, списывая немалые деньги из своих доходов на неимущих и сирот. Говорят, подчас выписывал нищим такие чеки, что те в одночасье превращались в богачей. Учредил стипендию для одарённых подростков, открыл две богадельни, сиротский приют, благотворительное общество… Нелепые, никчёмные попытки. Так тучный обжора пытается найти компромисс с собственной совестью, урезая порции или заказывая постную курятину вместо жареной свинины.

— И… как он?

— Эйнард Лоусон? В полном порядке. Насколько я знаю, он сколотил один из самых больших капиталов на острове. В одном только Редруфе у него не меньше шести роскошных ресторанов, в придачу он владеет несколькими гостиницами и по меньшей мере одним банком. Более того, со временем он вложился в угольный бизнес и, поговаривают, поднял только на этом не меньше миллиона фунтов. Ещё у него есть интересы в торговле тростником и копрой, добыче алюминия, страховом деле…

— Я имел в виду не это, мистер Лайвстоун. Как он?

Лэйд промокнул губы сложенной салфеткой. Он не испытывал сытости, полагающейся человеку, закончившему трапезу. Напротив, он был ещё более голоден, чем когда садился за стол. Но вместе с тем он ощущал удовлетворение. Всё было сделано правильно.

— А как может чувствовать себя человек под покровительством дьявола? Мистер Лоусон ныне — почтенный вдовец. Бездетный. Он разбит параличом и почти не двигается, но это, надо думать, не причиняет ему излишне много

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.