Библиотека

Былинка-жизнь стр. 155

Размер шрифта
-
+
Тема

и пущу муравьев в рану.

— Вы сейчас ее будете, сир? — пискнул из-под ног Шнырь. — Как именно вы ее хотите? Орлом или решкой?

— Слышишь, ты? Я могу прямо сейчас попользовать ее со всех сторон, а потом передать дальше, по очереди.

— Готова поверить, что на пять минут это тебя займет, — ответила Имоджин, хотя последняя реплика адресовалась не ей. — А дальше что?

— Имодж! — не выдержал Ким. — Пожалуйста, прекрати. Нет никакой необходимости заслонять меня собой!

— Несчастная Молль умерла из-за тебя, — упрекнула его Дайана.

— Отравилась, — поддержал ее Олойхор, обменявшись взглядом со своей фавориткой. — Не вынесла, бедняжка, что значила для тебя так мало.

— Не верю, — отчаянно бросил Ким. — Я достаточно хорошо ее знал. Молль не отравилась из-за кого бы там ни было.

Не отводя тяжелого взгляда от Имоджин, непостижимым образом стоявшей королевой среди этого срама, Олойхор пожевал губы.

— Дайте ей что-нибудь, — наконец приказал он. — Да-да, с себя снимете, если велю. Я все еще собираюсь на ней жениться. Как только она в лицо папе с мамой скажет, что в первый раз ошибочка вышла. Независимые бабки подтвердят, что она нетронута.

— Я могла бы предложить провезти ее по городу именно в таком виде, — протянула Дайана монотонно. — Так сказать, в воспитательных целях. Но последнее слово в этом вопросе принадлежит вам, сир. Неужели вам неинтересно, на что она способна, если держать нож у его горла? Если вам так уж важна ее девственность, так у нее ведь и рот есть.

— Мне всегда было интересно, на что способна ты, — промолвил Олойхор, не обращая внимания на заявление брата, что, дескать, его горлу ничего не сделается.

Дайана притворно потупилась.

— Вы всегда можете меня испытать.

— Ладно, все! — оборвал ее Олойхор. — Берите ее и поехали. Не сидеть же тут до ночи.

— С этим — что? — в первый раз раскрыл рот Циклоп Бийик, подбородком — руки заняты! — указывая на Кима и лучше других ощушая, как непроизвольно напряглись его мышцы.

— Да что хочешь! Все равно ничего серьезного ты ему сделать не сможешь.

Изуродованное лицо Циклопа выразило вежливое недоумение. Всю жизнь то, что он делал, имело самые серьезные последствия, неудач на этом поприще он не знал.

И в ту же секунду он резко задрал правый локоть Кима к самому основанию черепа.

Левый Киму удалось спасти только потому, что от боли он развернулся таким судорожным рывком, что Циклоп не мог ни предугадать его, ни тем более предотвратить, и угодил левым плечом в стену, которая не позволила стронуть кость из сустава. Зато он сполна поплатился правым. Циклоп выпустил его и, не давая очухаться, ударом ноги свалил на пол. Начальник королевской стражи знал все человеческие болевые точки и не стеснялся использовать их самым унизительным образом. Боль вспыхнула таким ярким ослепительным шаром, что испуганный возглас Имоджин и ее рывок из сдерживающих рук лишь скользнули по краешку сознания.

— А ну-ка еще разик, — произнес совсем рядом злорадный голос Олойхора. — Потому что на нее это, похоже, действует.

«Разик» Циклопа Бийика вышиб из Кима дух и заставил лишиться сознания. Поэтому даже в распахнутую дверь он не увидел понурых лошадей — придурок, ты потащил сюда лошадей! — стоявших, широко расставив все четыре ноги, как это делают больные и ослабевшие животные.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.