Библиотека

Былинка-жизнь стр. 86

Размер шрифта
-
+
Тема

углов и одним только счастьем их минуя. Кубок она держала в руках, иногда вспоминая о его содержимом, в прочее же время раздражительно барабаня по его звонкой стенке отросшими и непристойно накрашенными ногтями, обличающими в ней предосудительную праздность. Вид у нее был полупомешанный.

Циклоп сидел в отдалении, как чужой, и пил молча.

Сегодня никто от него и слова не дождался, да и не в его то было обычае. Подробности девки узнали от Шныря, который, пользуясь неразберихой, получил неограниченный доступ к съестному и один был тут счастлив. Он, вероятно, от души выдумал бы для них еще какую-нибудь трагедию, только чтобы хозяйки вовсе перестали следить за тем, что у них тут накрыто.

В себе оставалась только Дайана. То ли черноглазая ухитрялась обманывать пьяную бдительность Олойхора, то ли умела пить. Во всяком случае, если бы кто взялся со стороны проследить за всеми шестью участниками сцены, догадался бы, что она все держит в своей руке и под своим доглядом. Она недаром была, кем была, и не была бы собой, коли не желала бы стать еще большим.

Олойхор потянулся в кресле, забрасывая руки за голову, и она тут же оказалась рядом. Пальцы ее легли ему на шею и впились, разминая затекшие мышцы.

— Ты всегда все знаешь, —

сказал Олойхор. — Что в нем есть такое, чего нет у меня?

— Осмелюсь предположить, господин, ничего такого, — прошелестел в ответ ее призрачный голос. — Просто этой перепуганной маленькой девственнице вас показалось слишком много. У нее более скромные запросы.

Олойхор повернул голову, чтобы увидеть ее глаза. Темные, как у лошади, с таким же ярким белком, с такой же таинственной выразительностью, какая не разбери поймешь что выражает. Потому что сама девка нипочем ведь не скажет. Протянув руку, он взял на ладонь прядь ее мелким бесом вьющихся волос. Здесь Дайана носила их распущенными, словно намекая на возможные вольности. Ха! Хотел бы Олойхор посмотреть на того, кто сунется к ней с этими самыми вольностями, не будучи поощрен! Уж настолько-то он ее знал.

Она стояла и молча, ожидая, смотрела на него. Внезапным брезгливым движением Олойхор отбросил с ладони смоляную прядь. Имоджин никогда не позволила бы ему касаться своих волос так… по-хозяйски.

— На что сдалась вам эта племенная телка, господин? — понизив голос, спросила Дайана. — Женщины, предназначенные вести хозяйство и рожать детей, интересны только пока ломаешь их сопротивление. Но всегда — недолго.

Олойхор в упор смотрел на нее. Ему всегда казалось, что Дайана издевается над ним, когда утверждает, будто бы ей для общения с ним нужны слова.

— При ком, — наконец спросил он, — ты была до меня? Мне давно хотелось узнать.

— Когда-нибудь, под настроение, спросите меня об этом снова. — Дайана долго посмотрела на него, сверкнула зубами и ловко отодвинулась, так что он не успел ухватить ее даже за подол. Был для этого слишком пьян, наверное. — Перекупить меня оказалось дорого.

— Ким ее даже не хотел, — глубокомысленно заявил он. — Ну, не так, чтобы явно.

— Значит, оба получили, что заслужили, — из безопасного отдаления откликнулась Дайана. — Можно найти и красивее, и родовитее.

И за другую не придется соперничать с братом. Это повисло в воздухе, даже не будучи произнесено вслух.

— Может, и нашел бы, — сказал

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.