Библиотека

Бывший Булка и его дочь стр. 16

Размер шрифта
-
+
Тема

самом деле можно было разговаривать даже шёпотом. И было понятно, что кузнечики ничуть не портят тишину…

Лида и Надя шагали, крепко прижавшись друг к другу. И Лида молчала, потому что не знала, что говорить.

Они взошли на мостик — довольно старый, но крепкий, — сели на край его, свесили над водой ноги. Это у них было всегдашнее: посидеть перед прощанием. Тростники стояли неподвижной зубчатой стеной…

Надя сняла очки с толстыми, словно бронированными, стёклами, запрокинула голову, дотронулась плечом до Лидиного плеча. Лида сидела, боясь шелохнуться.

— Смотри, как странно, — тихо сказала Надя. — Я близкое не вижу, а самое далёкое вижу. Вот даже очки сняла, и ещё лучше видно!

Лида теперь тоже смотрела, подняв голову, на звёзды, которые ровно и сильно светили вниз.

— Ты видишь Большую Медведицу? — вдруг спросила Надя.

Лида, волнуясь как на уроке, отыскала в звёздной россыпи несколько этих песчинок, похожих на ковшик с вытянутой ручкой, но ничем не похожих на медведицу.

— Видишь?

— Вижу!

— Теперь смотри. Ручка, средняя звезда… Только внимательно!

Лида нашла нужную звезду, стала всматриваться и так и эдак…

— Ну?.. — спросила Надя. — Да чуть выше!

И Лида увидела!

Над яркой звездой горели ещё две. Но такие крохотные, такие слабые. Свет их едва-едва процарапывался сквозь огромную толщу темноты.

— А как же

ты?.. — Лида запнулась, повернула голову к Наде. Та смотрела совсем не на небо, а вниз, на невидимо журчащую Молочную речку.

— Да я их и не видела никогда! — будто с обидой сказала Надя. — Я просто про них читала…

И так странно было: один человек читает про то, чего не видел и никогда не увидит. А другой — у него, может, зрение сто пятьдесят процентов, а он-то и есть настоящий слепой! И вдруг подумала: «Как я!»

Надя всё сидела опустив голову. То ли грустно ей было, то ли просто о чём-то думала.

— Я и Большую Медведицу-то не вижу, — тихо сказала она. — Только две звезды — и всё.

— Какие?.. А какие? — невольно вырвалось у Лиды. Ей хотелось посмотреть на звёзды, которые видит Надя.

— А я и сама не знаю, представляешь, Лид! Я же вижу совсем другое небо. Может, даже, это вообще не Медведица…

Она что видела, того не понимала, а что понимала, того не видела…

— Только знаешь, пусть это останется между нами.

— А что?..

— Ну… Не люблю, когда про меня слишком много знают.

— Х-хорошо… — На мгновение Лиде стало как-то не совсем уютно. — А как же я?

— Ну ты — это одно. А другие — совсем другое!

Тем же вечером Лида пробовала поговорить о звёздах с батянькой. А он, видно, был не в том настроении. Или не знал, что говорить. И отшутился:

— У меня, Лидок, две звёздочки на свете. Одна — Мариночка, — он кивнул на маму, — другая — Лидка.

Мама, только что вышедшая из моря, стояла тут же, закутавшись в махровую простыню (ночные купания, как известно, чему-то там способствуют).

— Ох, Николай, — сказала она, — какой же ты ещё мальчишка!

На том разговор у них и прекратился.

* * *

Надин отец — а жили они здесь, между прочим, вдвоём — называл Надю «Тридцать три несчастья». Лида, как говорится, от комментариев воздерживалась. Но, с другой стороны,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.