Чаганов: Накануне стр. 164
Собравшиеся немного заскучали, кто-то потянулся к графину, некоторые расслабленно откинулись на спинки стульев.
– … наряду с этим, – Швецов глядит прямо перед собой в стену, не обращая внимание на реакцию собравшихся. – с прошлого года мы приступили к разработке перспективного двигателя с двухскоростным приводным центробежным нагнетателем мощностью 850 лошадиных сил и до 1000 во взлётном режиме…
Конструкторы самолётов навострили уши.
– … немного задержало эту работу, отсутствие чертежей на ПЦН, американское военное министерство ввело запрет на их передачу, но нам удалось получить несколько комплектов односкоростных нагнетателей, которые мы и использовали в работе…
"Молодец, не рисуется перед коллегами как некоторые, мол мы сами с усами, а при этом даже толком скопировать не могут".
– … Новый двигатель, который мы назвали М-62, в январе был выставлен на госиспытания, но к сожалению их не прошёл, разрушилась головка одного из цилиндров. Головка была новой конструкции с увеличенным оребрением. Мы надеемся быстро исправить этот дефект и уже через несколько месяцев подать мотор на новые испытания. Другим новым двигателем, к которому мы уже приступили, является новый двухрядный 14-цилиндровый мотор мощностью 1400/1700 лошадиных сил М-82…
– Позвольте, – прерывает его Поликарпов. – а куда делся М-80?
– Тут такое дело, Николай Николаевич, – быстро реагирует Хруничев. – благодаря помощи товарища Чаганова (все собравшиеся с интересом посмотрели на меня) в Америке были закуплены образцы новейших двухрядных авиадвигателей компании "Райт". При их изучении выяснилось, что американцы уменьшили ход поршня. Это как вы понимаете ведет к уменьшению миделя мотора, поэтому коллегия наркомата поддержала предложение товарища Швецова по прекращению работ по теме М-80 и открытию работ по мотору М-82.
"Мидель-шмидель, сказал бы проще – "мордочка"".
– И когда его можно ожидать в железе? – Голос Поликарпова звучит жёстко.
– Изготовление первого экземпляра М-82 ожидаем в сентябре – октябре. – Голос конструктора по прежнему спокоен.
– Ясно, – разочарованно протянул Поликарпов. – можно смело добавлять два года.
– Наркомат расчитывает на год – полтора. – Взволнованно крутит головой Хруничев.
– Приложим все усилия, – согласно кивает головой Швецов. – со своей стороны просим наркомат срочно приобрести для нашего завода тепловизор. В Москву ведь не наездишься, а нам в КБ он очень нужен для термических испытаний, да если такой поставить на участке выходного контроля, то много брака можно было отсеять, не дожидаясь выхода из строя и аварий…
– Постойте-постойте, Аркадий Дмитриевич, – озабоченно хмурится нарком. – что за тепловизор за такой?
– Как, Алексей Сергеевич, вы ещё не сообщили товарищам? – Смутился Швецов. – Прошу прощения тогда, что вылез поперёк батьки…
– Ну баткой я пока ещё не стал… – в кабинете раздался дружный смех, даже нахохлившийся Поликарпов слегка улыбнулся. – и среди ночи
звонить в ЦАГИ не рискнул, а здесь как-то было не по теме.
Вчера уже заполночь состоялся решительный эксперимент с тепловизором. Хорошо выспавшаяся, летающая как на крыльях Люба (избавление от ежедневных ночных кошмаров привело её в состоянии совершенной эйфории) открыла дверцу в новый мир, где невидимые для людей инфракрасные волны вдруг стали хорошо заметны глазом и могли быть записаны на обычную киноплёнку. Кусок льда, спиртовая горелка, улыбающееся лицо девушки сумбурно мелькали перед чёрным объективом тепловизора. Кульминации это действо достигло в конце трёхминутного ролика, когда на свет появился Олин наган, извергнувший из себя подряд семь пуль. Швецов, за которым я послал в