Библиотека

Царь нигилистов 3 стр. 133

Размер шрифта
-
+
Тема

еще одна комната с прямыми стенами и видом на улицу.

— Две комнаты! — поразился Саша. — Это даже больше, чем я хотел.

— Кабинет и спальня.

— А проект уже есть?

— Мари… Мама́ твоя этим занимается. Архитектор Штакеншнейдер, который строил Фермерский дворец.

— Хорошо. Только неярко и без позолоты.

«А то Герцен сожрет меня живьём», — подумал Саша. Но озвучивать не стал.

— Это к ноябрю, — сказал царь. — Мы скоро переезжаем в Царское село.

— Мне кажется, здесь недалеко будущие комнаты Никсы…

— Да, — кивнул папа́. — На втором этаже. Под твоими и восточнее.

Газеты были полны политических новостей. Собственно, забурлило ещё в январе, когда наметилось объединение Дунайских княжеств: Молдавии и Валахии. И господарем Молдавии, а потом Валахии с промежутком в пару недель, при поддержке многотысячных митингов, был избран один и тот же человек — бывший деятель революции 1848 года — Александру Ион Куза.

В начале марта по Юлианскому календарю Куза вступил на престол и стал первым правителем объединенной Румынии.

Только Трансильвания ещё оставалась под Австро-Венгрией.

Саша упрекал себя за то, что чуть не пропустил такую новость. Впрочем, он никогда не интересовался внешней политикой больше, чем внутренней. От внешней он хотел только одного — мира. И здесь папа́ не в чем было упрекнуть.

Дядя Костя писал от берегов Сардинии: «Всё пахнет войной». Война намечалась между Сардинским королевством и Францией с одной стороны и Австрией — с другой. А яблоком раздора были Ломбардия и Венеция, которую просвещенные итальянцы мечтали освободить от варваров, то есть австрийцев.

Роль папа́ в этом сводилась к тому, чтобы не мешать. Он заключил союз с Наполеоном Третьим и пообещал не поддерживать Австрию. То есть предпочёл бывших врагов в Крымской войне предателю — Австрийскому кайзеру. Возможно, это было данью памяти Николаю Павловичу, который так и не простил предательства кайзеру Францу-Иосифу, которого считал своим младшим другой и учеником и которому когда-то помог подавить Венгерское восстание, а теперь не дождался поддержки в войне.

Но Саша находил позицию папа́ единственно разумной, только так можно было не ввязываться в очередную европейскую свару, что было бы совершенно самоубийственно после поражения.

Когда-то в будущем Саша читал что-то с осуждением Российско-Французского союза. Якобы именно он привел потом к Первой Мировой. А дружить надо было с Пруссией.

Это казалось сомнительным. Тройственный союз Италии, Австро-Венгрии и Германии возник раньше Антанты, объединившей Россию, Францию и Великобританию. Саше казалась порочной сама система тройственных договоров, раскалывающих Европу на враждебные группировки. Он был бы рад всех загнать в единый Евросоюз, но сомневался, что это возможно. Слишком много спорных земель, разных экономических интересов и глупой самоуверенности у европейских великих держав.

Как писал Бабст в своей знаменитой лекции, образованный купец интересуется иностранными газетами, когда в дворянском собрании они лежат нетронутыми. Так что Саша устыдился и прочел по сему поводу лондонскую «Таймс».

Британцы были в принципе за объединение Дунайских княжеств, поскольку это ослабляло Турцию, но объединение не под властью независимого от них Кузы. Так что результаты выборов они не признали. Зато Франция заняла примирительную позицию, а Россия была теперь в союзе с Францией.

Но пока и здесь всё пахло войной.

Объединение Италии «Таймс» поддерживала, а Гарибальди почитала как романтического героя. Как раз в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.