Царь нигилистов 3 стр. 98
ошибки и безупречный французский ненаглядного внучатого племянника Никсы…
Глава 20
Любезная Елена Павловна!
Посылаю Вам сочинение моего брата. Понимаю, что трудно поверить, что это Сашка писал. Но он очень изменился после болезни, словно стал на десять лет старше и в десять раз умнее. И я был свидетелем этой перемены.
К сожалению, менее упрямым, прямым и резким Саша не стал. И до сих пор говорит все, что думает там, где надо бы дипломатично промолчать. Так что он навлек на себя гнев Папа́ за сущую безделицу и угодил на гауптвахту. Папа́ уже собирался его простить, понимая, что поступил слишком сурово, когда у Сашки хватило ума послать ему вот это, прямо с гауптвахты.
Мне он отдал черновик, когда я пришел его навестить. Прочитайте, Елена Павловна. Мне очень интересно Ваше мнение. На мой взгляд, документ весьма радикальный, я там со многим не согласен, но нельзя не отметить широкую эрудицию и ясный ум автора. Саша смог и меня удивить.
Я прошу у вас посредничества в разговоре с отцом. К сожалению, наших с Мама́ просьб о прощении Сашки, Папа́ слушать не хочет, а брат отказывается просить пощады.
Надеюсь на Ваш ум, обаяние и благородство сердца.
Елена Павловна поручила переписать конституцию еще в двух экземплярах своей гофмейстерине Эдите Федоровне Роден и послать Кавелину и Чичерину.
* * *Пошёл четвертый день Сашиного заключения.
К обеду он дочитал Исайю.
«Князья твои — законопреступники и сообщники воров» — Герцен отдыхает.
Несмотря на крутые пассажи, трудный текст от окружающей действительности отвлекал плохо. Да и не приближал никак к свободе.
Так что после очередных щей, хлеба и кваса Саша снова взял перо.
Ваше Императорское Величество! — не мудрствуя лукаво, начал он. — У меня много технический идей, которые могли бы помочь России. Думаю, я имею право говорить об этом после того, что продемонстрировал академик Якоби.
Это далеко не все.
До меня доходили слухи, что нам приходиться покупать в Америке военные секреты. Может быть, не придется больше покупать.
Но есть одно «но». Пытаясь воплотить свои идеи, я понял, что время невозможно обмануть больше, чем на 2–3 года. Максимум, на 5-10 лет. Я зачастую знаю «что», но не знаю «как». И даже, если знаю «как» на современном уровне развития промышленности это просто невозможно.
Первый мой чертеж шариковой ручки я сделал еще летом. Элементарная вещь, простая идея, но выясняется, что нет таких технологий обработки металла, которые мне нужны. Для того, чтобы сделать эту мелочь, нужно всю промышленность подтягивать на уровень выше.
И с митральезой, проект которой в декабре предложил Людвиг Нобель, та же история. Я знаю, как усовершенствовать это оружие, чтобы оно стало намного эффективнее, но вряд ли наши заводы смогут это осуществить.
Чтобы поднять промышленность, нужны рабочие руки. Свободные рабочие руки. Откуда их взять? Из деревни, после освобождения крестьян. И освобожденные должны быть реально освобождены, а не связаны по рукам и ногам общиной и выкупными платежами.
Нужны образованные работники, и еще более образованные инженеры. А значит, необходима широкая база тех, кто будет получать хотя бы начальное образование.
А для того, чтобы понять «как», чтобы придумать эти технологии, нужны независимые умы, которые не боятся