Час кроткой воды стр. 495
потихонечку, понемножечку, осторожненько, а там глядь, и твое время пришло на повышение идти. И деньги на угощение уже за минувшие годы накоплены – а не то, что спохватился, а пирование для сослуживцев устроить-то и не на что! Не уши ведь с головы своей умной отрезать, да ко столу и подать! Вестимо, что браслет продавать пришлось, а тут и беда грянула. А все потому, что выслугу побоку, одна заслуга в чести. Нравам одна сплошная порча, вот что я вам скажу.
Ты уж точно скажешь. Причем с удовольствием. Таких, как ты, хлебом не корми, а дай повысказываться вдосталь. Так и
будут нравоучениями сыпать круглые сутки без перерыва на еду и сон…
Стоп.
Нравоучения.
Их ведь самому себе никто не рассказывает. Нравоучать полагается кого-то иного. Обычно младшего – по годам или должности. А что Хмурый Вечер по этой части большой любитель, а то и профессионал, сомнению не подлежит.
– Кому вы рассказали о продаже браслета? – жестко спросил Тье.
Глазки у кисляя так и забегали.
– То есть… как это – кому?… в каком то есть смысле?..
– В прямом, – еще более жестко произнес Тье. – Кому вы рассказали о продаже браслета?
Он смотрел на старшего над слугами в упор, твердо и повелительно. И кисляй сдался.
– Я… ну, то есть, сыну… то есть ну никому… а сыну – чтобы знал…
– Знал – что?
– Как бывает, когда… ну… когда о себе возомнит кто если…
Интересное определение для человека, который заработал свое повышение честным трудом и светлым умом и получил должность в соответствии с королевским указом.
– А так – никому…
– Сыну лет сколько? – прервал Тье испуганные излияния.
– Двадцать четыре…
– Женат?
– Нет…
– Зовите сына сюда. Сейчас же.
Говорит пословица, что уксус – сын вина. Однако на сей раз Воробей убедился, что и вино может оказаться сыном уксуса. Все, что в отце отзывалось противной кислотой, в сыне обернулось веселой терпкостью. Прозвание у парня было – Добрый Кот, и вот ему оно пристало, как нельзя лучше. Он был по-кошачьи ловок и ухватист – и совершенно по-кошачьи обаятелен.
– Отец рассказывал вам о том, что господин Дани Ночной Ветер был вынужден продать свой нефритовый браслет?
– Было дело, – не стал отпираться Кот.
– И часто он вам рассказывает о своих господах?
– Случается, – пожал плечами Кот. – Он ведь не со зла, господин сыщик. Просто чтобы поучение мне было.
– А в истории с браслетом какое было поучение?
– Что нельзя на высокую должность поверх голов прыгать.
– Даже если заслуженно?
– Даже.
– Даже если в этих головах пусто, как в выдутом яйце?
– А тогда – тем более, – улыбнулся Кот. – Дуракам, им ведь и без того жить не сладко. Их и пожалеть надо.
М-да… похоже, Кот отлично знает цену своему отцу, изводящему его нравоучениями. Знает – и жалеет его. Любит, несмотря на дурость – вот и жалеет. Правильно парня прозвали. Этот Кот и в самом деле добрый. И вдобавок умный.
– Скажите, а к кому вы ходите гадать?
– Ни к кому, – удивленно ответил Кот. – По службе повышений покуда не предвидится, жениться тоже не собираюсь, детей нет, так и зачем? Мне оно как-то и ни к чему.
Не врет.
– А служите вы где? – на всякий