Час кроткой воды стр. 541
ответил Най. – Но я не знаю, насколько это верно.
– Это полностью верно. Всего лишь недостаточно.
– А еще – что Читающий работает с чужими тайнами, – очень вовремя вспомнил Тье слова Приемыша.
– И это тоже верно – и тоже недостаточно.
Глубокий Родник помолчал, явно выбирая слова.
– Читающий действительно не видит будущего. Но он может предсказать его с большой точностью. Можно сказать, что он высчитывает варианты и выбирает из них самый вероятный.
– Самый сильный след, – предложил формулировку Най.
– Можно сказать и так. Чтобы вам было понятнее… в двенадцать лет у Видящего гадает каждый…
Ну, положим, не совсем, у Тье иначе вышло – но не будем придираться.
– Поэтому вы должны помнить, как это происходит. Видящему всегда нужно что-то от вас. Несколько слов, написанных вашей рукой. Прядь волос. Да хоть ваше отражение в зеркале! Ему это необходимо, чтобы прикоснуться к вашему будущему. Так вот – Читающему тоже кое-что от вас нужно. Сведения.
– Чужие тайны… – произнес Тье.
– Именно. И чем больше он будет о вас знать, тем точнее будет предсказание. И не говорите, молодой человек, что этак любой сможет напророчить. Не любой. Одного только здравого смысла тут никак не довольно. Из одного положения ведет множество дорог. Куда больше, чем доступно здравому смыслу и
даже житейскому опыту. И верный выбор далеко не всегда очевиден. Иной раз кажется, что при таких условиях к будущему ведет широкая дорога. Она прямо-таки бросается в глаза. А на самом деле жизнь пойдет к будущему по неприметной окольной тропинке. Вы меня понимаете, молодой человек?
– Думаю, да, – ответил Тье. – Тогда получается, что чем больше Читающий знает о человеке, тем вернее он отыщет эту тропинку.
– Правильно.
– Поэтому ему и нужны чужие тайны. Вот только как он их узнает? Выспрашивает, да? И ему вот прямо-таки и рассказывают?
– Выспрашивает – это совсем не то слово, – поморщился гадатель. – Хотя и выспрашивает тоже… но не так, как вы. Вряд ли у вас в управе хоть кто-нибудь умеет так разговорить человека на допросе. Впрочем, вам подобное умение едва ли может пригодиться. У вас условия другие. Виновный во время допроса обычно хочет что-то скрыть, не так ли?
– Так, – согласился Най.
– А к нам приходят не затем, чтобы скрывать, а затем, чтобы узнать. Зато на вашей стороне – вся мощь закона и ваше право задавать вопросы, а на нашей – только добрая воля посетителя. И будьте уверены, вызвать его на откровенность – тонкое искусство.
– А как это все-таки делается? – с прежней жадной настойчивостью спросил Тье.
Глубокий Родник чуть приметно улыбнулся.
Может быть, он и хотел сказать что-то вроде: «Ты ведь нипочем не уймешься, да?» Но утолить жажду знаний ему явно хотелось больше.
Наставник – всегда наставник.
– Если Читающий видит человека впервые и ничего о нем не знает, он обычно начинает с пары-тройки общих фраз – из тех, что могут относиться к любому. Например: “Вам в жизни приходилось много страдать.” Да кому не приходилось? Или, если уж на то пошло – кто совсем уж никогда не считал небольшое неудобство болью? Какая жизнь, такое и страдание, знаете ли.
Тье и Най, не сговариваясь, кивнули.
– Вы поняли. Это можно сказать о любом. Но посетитель будет