Частица твоего сердца стр. 77
– Нет, не может, – отрезал я. – Я с этим разберусь.
– Благодарю. Э-э, спасибо, – пробормотал он и практически бегом бросился к своей квартире.
Он оказался прав; дождь сейчас лил как из ведра. Но мне хотелось смыть с себя Шайло.
Я совершил ошибку, когда поцеловал ее. Эгоистично и безрассудно посягнул на то, что мне не принадлежало.
«Она тоже тебя хотела», – подумал я, вспомнив, как Шайло молча подначивала меня слизнуть сахар с ее губ. И как вела себя в машине, когда уселась сверху и прижалась ко мне…Это не имело значения. Понимающая усмешка Фрэнки напомнила мне, кто я такой. И что мог принести к ней в дом.
Я накинул дешевый дождевик и направился к стоявшему за домом запертому сараю. Среди груды материалов, откуда-то притащенных дядей Нельсоном, я отыскал несколько приличных кусков фанеры. Прихватив гвозди и молоток, я приставил к стене здания высокую лестницу.
Дождь лил безжалостно и, кажется, не собирался прекращаться. Держась одной рукой за лестницу, я вскарабкался наверх и бросил фанеру перед собой на крышу.
В одной из лучших приемных семей, где я жил, будучи ребенком, по вечерам в пятницу мы смотрели фильмы. «Форрест Гамп» очень нравился маме Джанет. Я потащился по крыше, переступая через сломанные или отсутствующие куски черепицы, меня хлестали ветер и дождь, и я вдруг подумал о лейтенанте Дэне из того фильма. Как он бросил вызов Богу, призывая прикончить его во время шторма, разбившего лодку Форреста для ловли креветок. Ведь он потерял все.
– Давай, – пробормотал я себе под нос, с трудом продвигаясь по скользкой черепице. – Я бросаю тебе вызов, черт возьми.
Я нашел дыру над квартирой Луиса. Опустившись на колени на почти плоскую крышу, я закрыл отверстие. Хотя смотрелось дерьмово и, вероятно, не поможет, если не закончится дождь. Всю крышу нужно было менять. Арендаторы платили за квартиру и заслуживали большего, чем дешевая фанера и несколько гвоздей.
Спустившись вниз, я увидел Марианн Грир. Одетая в дождевик, скрестив руки на груди, она пристально смотрела на меня из-под надвинутого капюшона.
– Какого черта ты делаешь? – требовательно спросила она.
– А на что это похоже? Чиню крышу.
– Не умничай со мной. Ты в курсе, что льет как из ведра? И что ты мог поскользнуться и сломать свою чертову шею?
Конечно же, я был в курсе.
Марианн махнула рукой.
– Забудь. – Она развернулась и зашагала обратно, завернув за угол здания. Вероятно, направилась домой.
Я убрал инструменты в сарай и вернулся к себе. Я встряхивал бесполезный дождевик, когда раздался стук в дверь.
Но не успел подойти к двери, как Марианн, державшая в руке кружку с чем-то горячим, уже распахнула ее.
– Горячее какао, – немного мягче, чем прежде, пояснила она. Совсем чуть-чуть. – Девочки завернулись в одеяло и смотрят фильм. У нас осталось лишнее.
– Марианн…
– Взгляни на себя. Ты промок насквозь. – Она покачала головой и поставила какао на стол.
Я слишком устал, чтобы спорить. Закрыв дверь, я подошел к Марианн и тяжело опустился на стул.
– Зачем ты это сделал? Ты хоть на миг задумался, насколько это опасно?
– У Луиса протекла крыша, нужно было ее починить.
– Он поставит под нее ведро до завтра, – проговорила она. – Это не в первый раз. Мы привыкли
ждать,