Частица твоего сердца стр. 80
Мы пристально уставились друг на друга. В данный момент я боролся с желанием стереть с его лица самодовольную улыбку и выбить из головы все мысли о Шайло…
– Вперед, Венц, – проговорил Фрэнки. – Чего ты ждешь? Ты же знаешь, чего хочешь. Или боишься последствий?
– Да пошел ты.
Я не боялся. Не за себя.
«Ты не похож на него», – прошептал мамин голос. Но что, если она ошибалась?Я ослабил хватку на Фрэнки.
– Так-так-так, и что у нас здесь? – Холден бочком подошел ко мне и встал рядом. Как всегда, в длинном пальто и шарфе, хотя на улице было тепло. Засунув руки в карманы брюк, он качнулся на каблуках, небрежно оглядывая развернувшуюся сцену. – Мой милый Ронан вот-вот надает по заднице двоим ушлепкам, – он ухмыльнулся. – А ведь еще нет и полудня.
Я грубо оттолкнул от себя Фрэнки. Он отступил назад, и на его лице мелькнуло облегчение, которое быстро сменилось презрительной ухмылкой.
– Так я и думал, – поддразнил он. – Ссыкло.
– Неожиданный поворот событий, – пробормотал Холден, бросив на меня растерянный взгляд.
– Вовсе нет, – встрял Фрэнки. – Просто Венц превратился в огромного слюнтяя, – теперь он ухмылялся сильнее. – Или, может, отец сломил тебя. Дело в этом? – Он склонил голову набок. – Думаю, да. Он укротил тебя, как собаку.
– Собака. – Рассмеялся Майки. – Хороший мальчик, Венц. Кто у нас хороший мальчик?
Я не заглотил наживку, и они с Фрэнки, стукнувшись кулаками, ушли, все еще посмеиваясь. Я втянул воздух через нос, заставляя кулаки разжаться.
Я ощутил на себе взгляд Холдена.
– Оставь это, Пэриш, – проговорил я и зашагал к нашему месту у низкой стены.
Но Холден не смог бы забыть об этом, даже если бы ему заплатили. Он подошел ко мне и небрежно прислонился к скрепленным цементом кирпичам.
– Ты хорошо себя чувствуешь? Тревожишься? Спятил? Ронан Венц, которого я знаю, не упустил бы шанс надрать Дауду задницу. – Он прищурился. – Тебя ведь зовут Ронан, правда?
– Отвали, – вяло проговорил я и взглянул на свои мозолистые руки с покрытыми шрамами костяшками пальцев. – Я не всегда дерусь. Так?
«Каков отец, таков и сын…»Из голоса Холдена тут же исчезло поддразнивание.
– Так. Но когда дерешься, то ради благого дела. Вроде защиты нас с Миллером на вечеринке у Блейлока.
– Ты выпрыгнул передо мной, когда Фрэнки держал разбитую бутылку.
– Это пустяки. Когда Фрэнки вытащил электрошокер, ты был готов драться один за всех. Исключительно из благородства. Тогда как у меня скорее возникло психопатическое желание умереть.
Я взглянул на него.
– Ты все еще хочешь умереть?
– Мы с жизнью заключили перемирие. Пока.
– Продолжай в том же духе.
– Что в этом забавного? – Холден махнул рукой. – Забудь обо мне. Я слышал, что Фрэнки сказал о Шайло. Если бы я не знал, насколько ты «разговорчив», то почувствовал бы себя ужасно уязвленным. Ведь ты даже не удосужился поделиться тем, что происходит.
– Ничего не происходит.
Холден кашлянул в кулак, но я отчетливо расслышал долетевшие от него слова: «Чушь собачья».
– Я знаю, о чем ты думаешь.
– И о чем же?
– Что тебе нужно держаться от нее подальше. Ради ее же блага. Героически защищать от всего, что, по-твоему, может ей угрожать, жертвуя своими собственными потребностями и желаниями, бла-бла-бла. – Он закатил глаза.
– Я действительно должен ее