Целитель #01 - Спасти СССР! стр. 39
белые женские туфли с круглым носком?
Лицо Боцмана, доселе равнодушное, мигом изменило выражение. Он замер и медленно выговорил отзыв:
– Сейчас в моде танкетка.
– Лишь бы на высоком толстом каблуке, – примирительно сказал я.
Еле сдерживаясь, Боцман подался вперед.
– Шо с «Роситой»?
– Жива, – успокоил я его. – Не совсем… м-м… здорова, но скоро поправится.
– Ух! – выдохнул Боцман, как уэллсовский марсианин. – Оч хор, прямо отл!
– «Росита» просила узнать обстановку, – строго сказал я в манере киношного резидента.
Мой визави серьезно кивнул – его совершенно не смущало, что обращается к нему подросток, пусть даже юноша. Значит, так надо. Для конспирации.
– Произошла утечка, хто-то из свиты Рубена настучал «спартаковцам», – обстоятельно доложил Боцман. – Парочка из «Москвича» выжила, но зря – их догнали люди Рубена. Больше их не видели. Самое главное! Только шо подъезжал Тимур – он у Рубена на роли министра обороны. Тимур сказал, шо вычислил того, хто слил секретные сведения «спартаковцам». Больше тот сливать не будет.
– Значит, операция продолжается?
– Так точно, – кивнул Боцман. – Но пару-тройку дней выждем, пусть агенты Моссада успокоятся и высунут носы из норок.
– Отл, – улыбнулся я. – Вот что, давайте не будем выделяться. Я бы купил женские туфли, только цвета «кофе с молоком».
– Есть «Маноло Бланик», – оживился агент «Боцман».
– Отл!
Размер мамин я знал наизусть, так что агенту осталось лишь смотаться к замызганному «Запорожцу» и принести товар. Себе я взял любимые «Саламандры», отцу – мягкие японские «Чори», а Настеньке – сабо. Обул всех!
– До встречи! – я произнес прощальную фразу, перебрав с сиплостью и слишком походя на Хмыря из «Джентльменов удачи».
– Привет «Росите»! – отозвался Боцман.
Вспомнив, наконец, зачем ехал в Бугаёвку, я продолжил шопинг, прикупив объемистую сумку с надписью «Sport» и сложив туда коробки с обувью.
Юркие молодые люди реяли повсюду, и я решил не дожидаться, пока меня самого не спросят. Подошел к первому же типчику, длинноволосому, в джинсовом костюмчике, и задал вопрос:
– Штаны есть?
– Джинса? – снисходительно спросил типчик.
– Трузера. Черные или темно-синие. Фирма чтоб.
– Ну-у… Завалялось кое-что. Глянешь?
– Гляну.
Джинсовый парень неторопливо направился к стоявшему в сторонке «Жигулю», в салоне которого желтели два больших картонных ящика. В салон типчик, однако, не полез, открыл багажник.
– Гляди. «Кельвин Кляйн», «Унгаро», «Бриони»…
Я выбрал прозрачный пакет с брюками «Унгаро». Достал их, приложил к себе.
– Фирма подходит, но великоваты.
– Шестьдесят рэ, – предостерег типчик.
– Я понял.
Похоже, prêt-à-porter тут не особо котировалось. Что ж, тем лучше – сэкономлю чуток.
– Найдешь мой размер – возьму, – простимулировал я джинсового.
– Поищем…
Пошушукавшись с партнерами по бизнесу, фарцовщик отошел в переулок, но вскоре вернулся с кожаным портфелем. Открыв его, вытащил темно-синие «Унгаро».
– Только это не клеш, – предупредил он.
– Не люблю клеш… – придирчиво проверив товар, я сказал: – Сойдет. Беру.
Передав типчику шесть десяток, сунул «трузера» в сумку. Туда же вскоре отправилась черная водолазка. Пиджак у меня есть, висит дома в шкафу – темно-синий вельвет. Так что будет в чем ходить. Школьный дресс-код.
Прикупив еще «треники» и «олимпийку», а также кое-что ко дню рождения, я бодрым шагом отправился на автобусную остановку. Никто за мной не следил и вдалеке не реял.
Как всегда нежданно-негаданно показался милицейский «уазик». Вывернув на улицу, он остановился прямо посреди дороги. Наружу вылезли двое в форме