Целитель #01 - Спасти СССР! стр. 58
нее глядел пожилой мужчина с холеным лицом и строгой армейской прической, хотя одет был в штатское.
– Алон? – девушка нахмурилась. – Да, это он. Рехавам Алон из Моссада.
– Вы не ошиблись, Марина Теодоровна. А теперь я вам расскажу кое-что, чего вы не знаете. Минут за двадцать до перестрелки, в которой вы едва не погибли, ваш спаситель помог еще одному… м-м… пациенту. Вот этому, – палец полковника уперся в фото Алона. – Вы поражены? Да, редко, но такое бывает, чтобы аналитик сам залезал в шкуру полевого агента. Тот самый молодой человек, о котором мы толкуем, уберег Алона от инфаркта. А подлечив, отправил на «скорой» в больницу. Но перед этим имел с этим воинственным раввином некий разговор. И мне бы очень хотелось знать, о чем эти двое так увлеченно беседовали!
– Скорее всего, это совпадение, – высказалась Марина.
– Возможно, – легко согласился Первенцев. – А вы представляете себе, к каким выводам в данном случае пришел бы СМЕРШ?
– Представляю, – усмехнулась девушка. – Старший лейтенант Исаева покрывает агента Моссада!
Полковник лишь развел руками, молчаливо соглашаясь. Неожиданно щелкнула дверь, отворяясь, и в кабинет шагнул сам начальник Второго главного управления – седой, сильный, опасный.
– Товарищ генерал-лейтенант… – стал подниматься Первенцев.
– Сидите, Евгений Иванович, – успокоил его Григоренко. – Простите, что побеспокоил вас, но я как раз по вашему делу. Дверь здесь тонкая, так что я слышал конец разговора. Надеюсь, вы не записали Марину Теодоровну в предатели?
– Товарищ генерал-лейтенант… – обиженно прогудел полковник.
– Без званий, Евгений Иваныч.
– Григорий Федорович, я с ее отцом служил, да и Марину знаю с малолетства, – проговорил Первенцев с достоинством. – Так что и речи нет о подозрениях. Операцию в Бугаёвке она провела блестяще, Руслан Бехоев по кличке «Шах» выдал нам всех агентов Моссада. Но и втык я Марине должен был дать!
– Согласен, – кивнул Григоренко и примерился к кожаному креслу. – Вы позволите?
– Садитесь, садитесь! – зачастил хозяин кабинета.
Начальник ВГУ уселся, и на его лице, всегда хранившем бесстрастность, прорезалась почти мальчишеская улыбка.
– Признаться, Марина, я даже рад, что вы, по выражению товарища полковника, сплоховали. Как только мы потянули за ниточку, стал разматываться весьма странный и запутанный клубок. Я ознакомился с мнением врачей, они единодушны: то, что наш хилер проделал с вами, Марина, и с Алоном, невозможно. Я бы все же поправил наших эскулапов и сбавил градус неприятия. Акт исцеления налицо – это невероятно, но возможно. Поэтому я предлагаю назвать запланированную мной операцию именно так: «Хилер». Вижу вопрос на челе твоем, Евгений Иванович! А нужно ли? Нужно. Дело даже не в той технике целительства, которой владеет фигурант, а в странном поведении Моссада. Да, мне, как и Евгению Ивановичу, было бы очень интересно узнать, о чем говорили «Хилер» и Рехавам, но ситуация еще более осложнилась, товарищи. Вот, смотрите.
Григоренко выложил на стол лист из альбома, на котором серел очень неплохой карандашный набросок, изображавший Мишу Гарина. Марина удивилась – художнику удалось даже передать выражение глаз.
– Он? – генерал-лейтенант уперся взглядом в девушку.
– Он, – кивнула Марина. – Откуда это?
Начальник ВГУ со вздохом развалился в кресле.
– Трое или четверо агентов Моссада ищут «Хилера» по всей Одессе, – ровным голосом сообщил он. – Прочесывают школы, институты, техникумы… Один из студентов Одесского универа оказался неплохим рисовальщиком. Он по памяти набросал