Человек в лабиринте. Сборник зарубежной фантастики стр. 263
можешь утверждать, что все произошло по твоему плану. А я вижу тебя насквозь. Читаю в тебе, как в открытой книге, Чарльз.
— Приятно быть открытой книгой, — сказал Боудмен.
IVВидимо, лабиринт не собирался их удерживать. Отступая к выходу, они и дальше соблюдали величайшую осторожность, но ловушек встретили немного, и не было опасных приключений. Быстро достигли корабля.
Мюллеру выделили квартиру в носовой части, в отдалении от комнат экипажа. Мюллер понимал, что это вытекало из его состояния, и не обиделся. Он был замкнут, тих и сдержан. Иногда иронически усмехался, в глазах его часто появлялось выражение превосходства, однако, он с готовностью подчинялся всем приказам. Он уже проявил свое превосходство и теперь уступал.
Экипаж корабля под руководством Хостина готовился к отлету. К Мюллеру, который оставался в своей каюте, Боудмен пришел один и без оружия. Он тоже был способен на благородные жесты.
Они сидели друг против друга за низким столом. Мюллер с каменным лицом молча ждал. Боудмен начал после долгой паузы:
— Я благодарен тебе, Дик.
— Уволь нас обоих от этого.
— Ты можешь меня презирать. Но я выполнил свой долг. Так же, как и тот парень. Так же, как вскоре выполнишь свой долг ты. Тебе все же не удалось забыть, что ты человек Земли.
— Очень сожалею, что не удалось.
— Не говори так, Дик. Это ненужные слова и ненужное упрямство. Мы слишком стары для этого. Вселенной грозит опасность. Мы прилагаем все усилия, чтобы защититься. А все остальное не имеет значения.
Боудмен сидел довольно близко к Мюллеру, чувствовал излучение, но не позволял себе отодвинуться. Волна отчаяния, омывающая его, вызывала угнетающее чувство старости, так словно ему уже тысяча лет. Распад тела, крушение души, гибель галактики в огне… пришла зима… пустота… пепел…
— Когда мы прилетим на Землю, — деловито сообщил Боудмен, — ты все изучишь. Узнаешь о лучевых существах все, что нам только известно, но это не означает, что нам известно многое. Потом будешь полагаться только на себя… Но ты можешь быть уверен, что миллиарды людей Земли Сердцем и душой будут молиться о твоей удаче.
— А кто произносит пустые слова? — спросил Мюллер.
— Есть кто-нибудь, кого ты хотел бы увидеть в порту сразу после приземления?
— Нет.
— Ты можешь послать сообщение. Есть особы, которые не переставали тебя любить. Будут ждать, если им сообщим.
Мюллер медленно произнес:
— В твоих глазах я вижу боль. Ты ощущаешь излучение, и оно тебя расстраивает. Ты ощущаешь боль во всех внутренностях, в голове, в грудной клетке. Твое лицо посерело. Щеки обвисли. Но даже если бы излучение тебя убивало, ты будешь сидеть здесь, это твой стиль. Но для тебя это ад. Если же какая-нибудь особа на Земле не перестала меня любить, Чарльз, то я могу принести ей только одно благо — избавить от этого ада. Я не хочу никого встречать, не хочу никого видеть, не хочу ни с кем говорить.
— Как хочешь, — сказал Боудмен. Капли пота повисли на его кустистых бровях, капали на щеки. — Быть может, ты изменишь свое решение, когда будем возле Земли.
— Я никогда не буду возле Земли, — ответил Мюллер.
ЧАСТЬ ТРИНАДЦАТАЯIВ течение трех недель Мюллер изучал все, что было известно о таинственных гигантах, внегалактических существах. Он заупрямился и