Центурион инопланетного квартала стр. 136
не так я сделал на этот раз?
— Ни один центурион, никогда, не стал бы действовать и разговаривать таким образом.
— И кто же я тогда, по твоему мнению?
— Еще не решил, — сообщил помощник центуриона. — Но я буду над этим думать.
— На здоровье, — пожал плечами я.
Мне и в самом деле было совершенно безразлично к каким выводам придет Мараск. Часа через полтора вся эта история кончится. Либо самым благополучным, либо трагическим образом. И в том и в другом случае, знает ли Мараск кем я являюсь на самом деле, не будет иметь ровно никакого значения.
21.
— Ты мог захватить что-нибудь другое, а не эти старые шлепанцы? — проворчал кабланды.
— Чем они тебе не нравятся? — поинтересовался я.
— Тем, что мне приходится нюхать шлепанцы какого-то мыслящего. На нашей планете это считается верхом неприличия.
— На моей — тоже, — сказал я. — Однако, обладай я таким нюхом как у тебя, для того чтобы найти убийцу, согласен был бы обнюхать и десятка полтора старых, грязных, засаленных шлепанцев и не издал бы ни звука. И учти, какой от них идет запах!
— Точно, — промолвил кабланды. — Запах сочный. Для моего тонкого нюха он все равно что удар кувалдой по носу.
— Ближе к делу, — проворчал Медок. — Куда мы идем?
— Сейчас, сейчас…
Кабланды понюхал сначала рубашку старины Эда, потом шлепанцы Ухула. Вслед за этим он принялся поворачиваться в разные стороны, нюхая ночной воздух.
— Не нравится мне все это, — сказала Маута. — Такое ощущение словно участвуешь в дешевом, уличном спектакле.
Впрочем, это заявление не помешало ей тут же послать одному из трех захваченных с собой Медоком клерков взгляд, настолько преисполненный неги и обещания неземных наслаждений, что тот чуть не выронил из рук бластер.
«А кошана и в самом деле не теряет зря времени, — подумал я. — Если дойдет до драки, то клерки конечно будут защищать своего хозяина, но и такую соблазнительную, любвеобильную девочку в обиду не дадут.»
— Это единственный шанс найти убийцу за оставшееся время, — подал голос я.
— Или прослыть полными кретинами, — пробурчал Медок.
— Не так, — поправил его я, — Или умереть от неожиданной и весьма сильной сердечной недостаточности.
— А если у тебя нет сердца? — отпарировал Медок.
— Ну есть же у тебя какой-то важный орган, без которого ты умрешь? — поинтересовался я.
— Сундук с деньгами, — высказала предположение Маута.
Медок в ответ оделил ее взглядом, способным ускорить наступление зимы на какой-нибудь планете на пару недель.
Маута презрительно фыркнула.
Я с мольбой посмотрел на кабланды. Если он сейчас не объявит что напал на след, то мое войско просто-напросто передерется.
К счастью, любитель вызывать
на поединок центурионов не подкачал.
— Есть, — заявил он и резво потрусил вдоль по улице.
Вся компашка устремилась вслед за ним.
Я слегка задержался. Мне почудилось что за угол ближайшего дома юркнула какая-то тень. Или это мне в самом деле только почудилось?
Впрочем, даже если за нами кто-то и следил, то ничего удивительного в этом не было. Мы находились в городе аборигенов и не питали ни малейшей надежды на то, что нам удастся подобраться к убийце незамеченными. Мы ставили на другое. На быстроту и силу. А также на то, что кабланды приведет нас к убийце, где бы он не находился.
Так