«Центурионы» Ивана Грозного. Воеводы и головы московского войска второй половины XVI в. стр. 137
«Государев родословец», но и завести отдельно еще одну родословную книгу для тех «старых же и честных родов», кто при «блаженные памяти великого государя, царя и великого князя Иоанна Васильевича, всеа России самодержца» «были в послах и в посланниках, и в полкех, и в городех в воеводах; и в знатных посылках, и у него великого государя в близости, а в родословной книге родов их не написано» 641 . В течение нескольких последующих лет несколько сот (историки называют разные цифры – от 600 и более) дворянских семей подали в Разрядный приказ в Москве свои родословные росписи, приложив к ним массу грамот и актов, подтверждающих давность происхождения их рода. Среди прочих подали свою роспись и дворяне Кафтыревы, и вот что было сказано в ней относительно древности рода и его родоначальника: «Лета 6749 (в 1241 г. – В. П.) году во дни благоверного и христолюбивого вел. гос. князь Александра Ярославича Невского, который победил на Неве реке Нестора Влегела, короля Римского, и к нему, в. кн. Ал-дру Яросл-чу Невскому, на удел ево в Нижней Новгород выехал Узлы Мурза Ягорович, кн. Кафимской земли, от изгнания царя Серпъского из вотчины своей Кафы; а от Узлы Мурзы пошли Кафтыревы» 642 .
К этой родословной росписи были приложены и две грамоты, переписанные с более древних актов. Одна из них была выдана великим князем Василием Дмитриевичем то ли в 1394 г., то ли в 1424 г. некоему Ивану Кафтыреву. В этой жалованной и несудимой грамоте великий князь жаловал Ивана льготами (по княжескому слову, с крестьян, что сумел бы привлечь вотчинник в свои владения, «не надобед мая дань и писчая белка, ни ям, ни подвода, ни иная никоторая пошлина») по той причине, «что его земля в Костромском уезде в Оседцком стану, и те де земли у него нынеча опустели мором и межениною вымерли, а иныя розошлися» (справедливости ради отметим, что есть определенные сомнения в подлинности этой грамоты, высказанные В.Б. Кобриным) 643 . Кстати, Осецкий стан Костромского уезда стал чем-то вроде «родового гнезда» семейства Кафтыревых, и землями в нем они владели еще в конце XVII в. 644 Другая грамота, выданная в апреле 1511 г. от имени Василия III, была адресована Федору Васильеву сыну Кафтыреву, внуку Ивана Кафтырева. В ней великий князь жаловал своего верного слугу наместничеством в городке Орлов на Вятчине, повелев «всем людям тое волости чтить его и слушать» 645 . Роспись также сообщала, что у Федора было два сына, Никита и Иван, а у них, в свою очередь, также было по два сына – соответственно Леонтий и Федор и Яков с нашим героем.
Теперь попытаемся извлечь необходимую нам информацию из этих документов и из тех актов, что оказались недоступны Кафтыревым в конце XVII в. Прежде всего отметим, что отечественный историк М.Е. Бычкова, исследовавшая историю создания поданных в Разрядный приказ в конце XVII в. родословных росписей, отмечала, что «легенды, особенно описывающие выезд предка из Орды, характерны именно для росписей XVII в. и сопоставимы с другими родословными материалами того же времени. Потомки в прошлом рядовых семей, служивших вне Москвы, опираясь на записи летописей, создавали красочные легенды (выделено нами. – В. П.) о своем происхождении, чтобы удревнить и облагородить своих предков» 646 . Стоит ли после