Цепной пес империи - 2 стр. 310
убил меня? Для меня это было… неожиданно. Я считал тебя другом.
Я опустил голову. А что я мог сказать? Что был идиотом? Что совершил ошибку и потом раскаялся? Что можно сказать человеку, которого убил по столь дурацкой причине как политическая необходимость?
— Валерий Итар мертв, — глухо сказал я. — Я хотел лично его убить, но меня опередили его хозяева.
— И это все, что ты можешь сказать?
— Да.
Я с тоской посмотрел на выход из пещеры. Снаружи бушевала метель, а здесь было тепло и уютно. Но не заслужил я, ни тепла, ни уюта.
— Спасибо за гостеприимство, но я пожалуй не буду им злоупотреблять, — я встал и пошел к выходу.
— И куда ты?
Я не ответил.
— Эх, было бы на что, я поспорил бы на то, что ты именно так и поступишь, — вздохнул Радеш. — Маэл, знал бы ты, как всех вокруг раздражает твое вечное самобичевание? Тебя даже судить не получается, ты сам себя осудишь сильнее всех других.
— А как мне себя не судить?! Знаешь, почему я тебя застрелил? Потому что мне просто было лень искать другое решение!
— И что дальше? Я ведь тоже хорош был. Знаешь почему, я тогда отказался тебя выслушать? Только из-за гордости. Я
хотел утереть тебе нос, раскрыть преступление и посадить сенатора. Ни о чем другом я и слышать не хотел.
— Ты был прав. Арестуй ты тогда Валерия Итара, стольких бы жертв можно было избежать.
— Да кто бы мне дал его арестовать? Не ты так другие убили бы меня на следующий день. Я ведь был настолько умен, что лично спрятал все доказательства так, что их до сих пор никто так и не нашел!
— И все равно. Не кто-то другой, а именно я тебя убил.
— Убил…
— Если бы я только перед тобой был виноват.
— Все мы перед кем-нибудь виноваты, — пожал плечами Радеш. — И с этим ничего не поделаешь. Но нет ничего глупее, чем жить, постоянно переживая о своих ошибках. Их надо исправлять или искупать, и жить дальше, а не сокрушаться о них!
— А как я могу исправить убийство человека?! Как я могу вернуть жизнь, которую сам же и забрал?!!
— Никак. Но, ты думаешь, что мне будет легче от того, что ты умрешь? Наоборот. Пока ты жив, Маэл, ты делаешь то, что должен! Спотыкаясь, ошибаясь и ломая дрова, так что щепки во все стороны летят, но делаешь! И мне тут немного легче от того, что кто-то еще думает о стране и людях.
Я слушал его, опустив голову.
— Ты много ошибок сделал, спору нет. Но самой большой твоей ошибкой будет остановиться и все бросить. Пошли! Я хотел бы с тобой еще поговорить, но времени больше нет!
— Куда?
— Увидишь! Я не смогу драться вместе с тобой, но дорогу покажу.
Радеш встал и вышел из пещеры. Я пошел за ним. Пространство, как и время, в этом месте было условным. Если знаешь дорогу, то дойдешь за пару секунд. А не знаешь, то и вечности не хватит.
На снежной равнине, отбиваясь от толпы мертвецов, сражалась Арья бледная, мокрая, с