Библиотека

Череп епископа стр. 141

Размер шрифта
-
+
Тема

хозяин дома Юра Симоненко.

— Правда, — кивнул Хомяк.

— Дай честное слово!

— Ну какое слово? — усмехнулся Никита. — Я ведь их тут не поджидал. Как костер ниже по течению увидел, так все ценное схоронил, и со скотиной в лес подался. Зачем мне приключений на свою задницу искать?

— А потом? — поинтересовался Картышев.

— Ночь переждал, и сюда на разведку пополз. А они все уже дохленькие лежат.

— Странная история, — покачал головой Игорь. — И что теперь делать будешь?

— Окна из торфяника достану, на место поставлю, — хозяйственно начал перечислять Никита. — Рыбные потроха для свиней запарю. Время до темноты останется, этих «зомби» похороню.

— Ты только смотри, в доспехах их не закапывай, — предупредил Малохин. — В этом времени они были штукой дорогой. Самому пользоваться противно, купцу какому-нибудь забредшему продашь. Палаши тоже каждый как десять свиней стоит. В общем, считай что сегодня ты хорошо приподнялся. На свои трофеи два новых дома поставить сможешь, лошадей пару купить, еще чего по хозяйству. А хранить можешь не боясь. Мы, чай, не Европа, у нас простых крестьян за хранения оружия на воротах не развешивают. Это только при коммунистах повелось…

— Одного я не понимаю, — подал голос Росин, прожевал закинутую в рот порцию каши и продолжил: — За полгода второй раз на одну и ту же деревню какие-то странные пришельцы наскакивают. По виду не свены, не датчане, ни ляхи какие-нибудь. Можно за шотланцев принять — но откуда они возьмутся в этой дикой глуши? Опять же, палаши европейские, пищали русские.

— Пираты! — отодвинул опустевшую миску Сергей Малохин и блаженно похлопал себя по животу. — У кого что украли, тем и пользуются.

— И какого рожна им тут делать? — повернул к нему голову Костя. — Что можно взять на одиноком чухонском хуторе? Проще ладью торговую у устья подловить. В ней и товар будет, и золотишко найдется. И вот что интересно: только при нас дважды они тут появляются, и дважды все до единого погибают. И все равно сюда прутся.

— Случайность.

— Не похоже. Я карту видел. Ее наш викинг, который Хайретдинов, из «Глаза Одина», у прошлых разбойников нашел. Там эта деревенька, Келыма, красной точкой обозначена. Кстати, именно ее здешние чухонцы Кельмимаа, землей мертвых называют, тебе это странным не кажется. А опричник перебитых нами в прошлый раз бандитов варягами называл. Значит, не в первый раз видел.

— Варягами? — вздрогнул Хомяк.

— Да, а что? — моментально насторожился Росин.

— Слово знакомое…

— Конечно, знакомое, — пожал плечами Картышев. — В Древней Руси так именовали княжеских дружинников. Но только было это очень, очень давно. В те времена, когда наша земля проходила эпоху феодальной раздробленности, и когда идеалом воина считался скитающийся герой-одиночка, когда народ слагал былины о могучих богатырях: Илье Муромце, Алеше Поповиче, Добрыне Никитиче. То есть, в эпоху, которую спустя триста лет прошла и старушка Европа, оставив потомкам целые тонны рыцарских романов типа «Тристана и Изольды». И мне совершенно непонятно, какое отношение могут иметь великие древние воители к этим голоногим мореплавателям.

— А то и могут, — почесал в затылке Росин, — что по мере развития общества определяющее значение в бою стали иметь дисциплинированные отряды бояр, а герои-одиночки, соответственно, выродились в мелкое разбойничье племя.

— Как-то вы не по-человечески разговаривать стали, — покачал головой Никита. — А почему бы просто не спуститься к

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.