Черный беркут стр. 161
ища прощальную записку.
Никакой записки, конечно, они не оставят и придут обязательно.
Бог мой, что они сейчас творят у Блинова!..
Кабанова передернуло. Он представил себе позеленевшее лицо бригадира, его глаза, полные страха, губы, которым приказано не дрожать и говорить четко: «Яков, мне срочно нужны деньги. Все. Жду». И снова глаза, спрашивающие: «Ну как?» — и лютая злоба, притаившаяся в них.
А ты как хотел? Дошла и до тебя очередь.
«Нет, — думал майор, — я поступил правильно». И вот «псы» сорвались с цепей, и их уже ничто не остановит. А при случае можно напомнить: «Ты еще не забыл тех ребят, которые били твою поганую морду?» И при этом забыть о деньгах, не вспоминать про них никогда, потому что это особый случай.
В прихожей мягко щелкнул дверной замок.
Ну, слава богу, пришли.
Костя Печинин заглянул в комнату.
— Здесь майор, — сообщил он.
Вслед за ним вошел Шевцов.
Кабанову хотелось спросить: «Ну, как дела?» — потому что на бесстрастных лицах невозможно было прочитать ничего; точно такими же он видел их днем, после крупной неудачи. А Птаха-Ремез тогда вообще улыбался.
А вот и он. Майор, дивясь на себя, встретил Ремеза теплее, чем, к примеру, брата.
— Привет, Пичуга. Как дела?
Неожиданно Алексей взял майора за плечи и, глядя ему в глаза, тихо, по слогам, пропел:
— Шу-мел ка-мыш, де-ревь-я-а гну-у-лись, а но-о-чка тё-ом-на-я-а бы-ла. Нормально, майор. Выражаем тебе благодарность.
— А как насчет поделиться?
— Все отобрали пацаны, которые курят в открытую. — Ремез раскрыл спортивную сумку и вывалил на стол килограммы долларов. — Давай адрес, где зараз можно потратить все деньги.
Глава 613Утром следующего дня дежурный сообщил Аксенову, что его дожидается гражданка Хмелева. В коридоре возле своего кабинета следователь увидел миниатюрную девушку. Вначале он определил ее возраст в четырнадцать-пятнадцать лет, но, вглядевшись внимательней, понял, что ошибся лет на пять-шесть. Когда она поздоровалась с ним щемящим тонким голоском, следователь не сумел сдержать улыбки.
— Сколько вам лет? — Он подумал, что мог задать этот вопрос в иной форме: «Который вам годик?»
— Меня всегда об этом спрашивают, — пропищала девушка. — Я привыкла. А в одной фирме даже не приняли на работу, несмотря на то что мне девятнадцать. Вот паспорт.
Аксенов предложил ей сесть и раскрыл документ. Хмелева Людмила Ивановна, 1979 года рождения. Жаль, подумал он, что в паспорте не отмечают рост. Определенно, она не выше Пахмутовой.
— Слушаю вас, Людмила Ивановна.
— Вы нарочно назвали меня по отчеству? — вздохнула она. — Ну ладно, называйте. Вчера я была в универмаге «Радуга». Ну не в самом магазине, а в вестибюле, там проявляют пленки фирмы «Кодак», печатают фотографии, продают всякую фотопродукцию. Я только недавно начала снимать, заряжать пленку всегда отдаю в «Кодак», боюсь засветить. За это денег с меня не берут. Только улыбаются, как вы. В общем, когда все это началось вчера утром, пленку мне успели зарядить, и я сделала три снимка.
— Вы очень поможете следствию, если передадите их нам. — Аксенов изобразил на лице благодарность. Вряд ли он увидит на снимках что-то существенное, преступники были в масках, в одинаковой одежде, и все же.
— Я помогу следствию, — деловито подхватила гражданка Хмелева и полезла в сумочку. — Вот, пожалуйста... Ой, это не то.
Это