Черный беркут стр. 177
Юрий Иванович.
Джип развернулся и наехал колесами на бордюр. Двери открылись, четверо боевиков Блинова, расправляя плечи, уверенно прошли на территорию парка.
Светлана сразу узнала Рябушкина. Тот часто проходил мимо ее отдела и скрывался в служебном помещении. Она инстинктивно вцепилась в руку Алексея.
Ремез мог бы дождаться гостей и начать разговор, сидя на лавочке. Однако он был профессионалом, а не пижоном, поэтому быстро встал и отошел от лавки. Светлана продолжала держать его за руку.
— Отпусти руку и отойди, — раздельно произнес он.
Парни уже начали окружать их, у двоих в руках дубинки. Настроены они были решительно. Отходить девушке было поздно.
— Ты сам пойдешь, — спросил Рябушкин, — или тебя попросить? Коля, попроси его.
Николай Игонин красиво покрутил дубинкой перед собой и над головой. Алексей шагнул навстречу, отвлекая Рябушкина, который намеревался подобраться к девушке со спины.
Игонин умел обращаться с дубинкой, он молниеносно сориентировался и нанес сильный удар в плечо Алексея. Ремез даже не поморщился. Он стоял, собирая боевиков в кучу, и получил второй удар по спине, потом еще один. Теперь все четверо насели на него, видя его пассивное поведение. Осталось только свалить этого здоровяка и, как обычно, пустить в пинки.
Ну все, теперь пора.
«Беркут» одним ударом выбил одного боевика из плотного окружения.
Захватил чью-то руку и, выкручивая ее с хрустом, развернулся лицом к нападавшим.
В свете фонарей Светлана видела лицо Алексея, спокойное и суровое, с прищуренным левым глазом, словно он прицеливался. Он методично и хладнокровно наносил удары, девушка про себя считала их: один... три... пять... семь...
Последний, девятый удар достался Рябушкину. Ремез в своем стиле, слегка подпрыгнув, резко выбросил ногу вперед.
Все.
Алексей быстро осмотрелся и протянул девушке руку.
— Нужно уходить отсюда. У меня машина неподалеку.
Она дотронулась до его плеча. Через разорванный рукав рубашки был виден длинный багровый кровоподтек — след от удара дубинкой.
— Больно, Леша?
— Заживет.
16Десятилетняя Маринка Евсеева за полтора часа успела съесть три пакета воздушной кукурузы — два сладких, один соленый и запить их бутылкой «Миринды». Все это время она не спускала глаз с дверей универмага. В кармане ее платья лежала записка, которую ей передала сестра. Эту записку девочка, в свою очередь, должна передать одному парню. «Ну помнишь, я тебе еще говорила: издалека подъезжает, по-тихому. Я чувствую, он снова придет». Маринка никак не могла вспомнить. Светке во время работы сотни раз приходилось разговаривать с парнями. Некоторые откровенно «клеились». Девочка во время школьных каникул часто бывала у сестры на работе, она лучше Светки знала, что и почем на витрине. Но вот вспомнить «одного парня»...
— Маринка, ну вспомни, пожалуйста! Это очень важно. Он такой высокий, блондин, широкоплечий.
— Не помню. А он что-нибудь покупал у нас?
— Покупал?.. Не знаю... Не помню.
Маринка пожала плечами: тогда извини, ничем не могу помочь. Она и так примчалась по Светкиному звонку как угорелая: «Срочно!» Что-то «жизненно важное!». А вспомнить не может.
— Ну, Мариночка, пожалуйста, вспомни. Он скромный такой, сначала все стоял возле секции с компьютерными дисками, смотрел в мою сторону. Я тебе показывала на него.
— Скромный широкоплечий блондин?! Где это ты такую породу видела?!
— Марина! — Светлана топнула ногой в тапочке. — Давай вспоминай.
— Погоди, я у