Библиотека

Черный беркут стр. 41

Размер шрифта
-
+
Тема

человека, видите? — Хмелева перегнулась через стол, показывая пальцем. — А на этой только два. Один, как мне показалось, смотрит на меня. Я чуть не села! А здесь я снимала через уличное стекло, видите lens flare?

— Что? — Аксенов внимательно рассматривал фотографию, на которой была запечатлена темно-синяя «Газель» и три человека у раскрытой задней дверцы. — Что вы сказали?

— Lens flare — блики на стекле от солнца.

— Это по-английски?

— Да.

— Лэнз флейр, — протянул Аксенов. — Ну что ж, Людмила Ивановна, большое вам спасибо. Вы нам помогли.

— Не знаю. — Хмелева пожала острыми плечиками. — Вам виднее. Жаль, конечно, что лиц на фотографии не видно. Самая ценная деталь, на мой взгляд, это машина. А боевики все одинаковые, как роботы: рост, комплекция.

— Комментарии к фотографиям?

— No comments. Так я пошла? Пропуск нигде не надо подписывать?

От двери она улыбнулась Аксенову и вышла из кабинета. Через пару секунд дверь снова открылась, пропуская Прокопца.

— Кто эта девочка? — спросил помощник.

— О черт! Петро, догони ее, отдай паспорт.

Прокопец отсутствовал минут пять.

— Где тебя носит? — недовольно спросил Аксенов и перенес гнев на вчерашнего свидетеля. — Хотел бы я посмотреть на того знатока стрелкового оружия, который опознал в руках преступников вариант десантного автомата Калашникова. На, смотри, где ты видишь такой? — Аксенов разложил перед помощником фотографии. — Больше смахивает на израильский «узи».

Прокопец с шумом подвинул стул.

— Да, действительно. Мне проконсультироваться насчет этого вида оружия или вы сами?

— Давай ты. Я прогуляюсь по «Радуге».

14

В десять утра Аксенов входил в универмаг. Когда беседуешь с людьми во второй, третий раз, всегда узнаешь что-то новое, порой весьма ценное. Следователь остановился. Вот здесь, слева и справа от него, вчера стояли два человека. Расследование продолжалось уже второй день, а Аксенов так и не знал, как называть преступников. В разговорах с помощником и оперативниками из милиции, которые вошли в состав следственной группы, он ни разу не назвал их бандитами. «Язык не

поворачивается», — признавался себе советник юстиции. То же самое, наверное, происходило и с Прокопцом. Во всяком случае, Аксенов не слышал от помощника слова «бандиты». «А может, он прислушивается ко мне и как бы контролирует себя?» Вряд ли; значит, над ним тоже что-то незримо довлеет. Некое уважение к преступникам, что ли? Маловероятно.

Понять бы почему, рассуждал следователь. Он с удовольствием выпил стакан ледяной кока-колы. Голова после вчерашнего вечера болела и отзывалась медной пустотой. Он посмотрел на лестницу. «Освободите проход!» Аксенов вплотную приблизился к прилавку. Примерно так повели себя посетители универмага, стоя возле отдела с прохладительными напитками. Он мысленно проводил взглядом боевую группу.

«Что это мне дало?» — спросил он себя. Пока ничего.

Следователь бросил пустой стаканчик в контейнер и ступенька за ступенькой стал преодолевать лестничный марш: четыре... десять... шестнадцать — один пролет; шесть... восемь... двенадцать — второй. Понять и, может быть, приблизиться к истине, продолжил он размышления. Нет, «истина» — звучит напыщенно и в то же время как-то дешево, в данном случае ценности в ней маловато, как в простенькой бижутерии. Хотя смотрится, что и говорить. Издалека смотрится.

Остановившись у прилавка с бижутерией, Аксенов поздоровался с продавщицей. Она ответила на приветствие и на всякий случай улыбнулась. "Сейчас будет думать, откуда она меня знает.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.