Черный нарцисс стр. 113
Виктория-ребенок, наивный и любознательный. Жизнь вторая: Виктория-подросток, не такая невыносимая, какой обычно бывают дети в ее возрасте, и уже тогда мечтающая стать писателем. Жизнь третья: Виктория, открывшая, что в жизни есть вещи куда важнее книг. Жизнь четвертая: после Веры и Вероники, после Сергея, после предательства, после всего. Жизнь пятая: ну и ладно, а мы все равно станем сочинять книги. И, наконец, жизнь шестая, по сути – мечта любой женщины. Ничего не делать, ни перед кем не отчитываться и иметь кучу денег, упавших с неба.
Обычно для того, чтобы прийти к жизни такой, выходят замуж за немолодых, кошмарной внешности граждан с отвратительным характером и состоянием, которое легко делится на двоих. До замужества, впрочем, приходится выдержать битву с миллионом таких же падких на деньги соискательниц, а после замужества – жить с этим человекообразным, заводить от него детей, терпеть его выходки и, наконец, улучив удобный момент, подать на развод.
Однако ей самой не пришлось ни выходить замуж, ни терпеть охлаждение Сергея, ни делать вид, что вызывающие взгляды его любовниц ей совершенно безразличны. Все это выпало на долю Веры, а ей, Виктории, в качестве своеобразного признания, что он все-таки, несмотря ни на что, любил ее больше всех, досталось наследство.
Виктория поймала себя на мысли, что слишком много стала думать о деньгах, и вяло усмехнулась. Конечно, вокруг нее сразу же возникнет множество знакомых, которые будут наперебой заверять ее в своей фальшивой дружбе и еще более фальшивой преданности. Оживятся всевозможные родственники, родственники родственников, давно забытые друзья, почти забытые любовники, все, вплоть до случайных попутчиков, с которыми она когда-то пересеклась в одном купе или одном самолете. Ее осадят, как денежную крепость, и будут осаждать до тех пор, пока не урвут хоть кусочек свалившегося на нее непростительного богатства. А если не урвут, то сполна отыграются, распространяя о ней самые мерзкие сплетни, самые гадостные слухи. И она уже заранее предвидела все это, и ей заранее было скучно.
Вот, нате вам, уже первый звонок, мобильник аж разрывается от нетерпения.
Неизвестный номер – неужели Кирилл так быстро подсуетился? Внезапно Виктория обозлилась. «Ну, если он будет передо мной лебезить, потому что я вдруг стала богатой… Тогда адьё, Кирюша! Катись ты к итальянской матери…»
– Алло!
Однако это оказался вовсе не Кирилл.
– Вик… рия? Это…за.
– Лиза? – изумилась Виктория. – Тебя плохо слышно! Ты где?
– Я все знаю! – крикнула Лиза, и ликование, прорвавшееся в ее голосе, поразило писательницу. – Я з… кто…вал!
– Ты знаешь, кто убивал? Лиза! Тебя не слышно!
– Я тебя отлично слышу! Слу… Потрясающе! Ты никогда не поверишь, кто это! Никто бы вообще не поверил!
– Лиза! – Виктория сорвалась со скамейки, ее буквально трясло. – Кто это?!
– Все дело в…
Окончание фразы съела скверная связь.
– В чем? Лиза! Я не слышу!
– Да я же сказала, черт возьми! – прокричала раздраженная Кораблева. – Меч…
И снова помехи.
– Ах, сукин сын! – донеслось наконец до Виктории. – И ведь если бы я не стала проверять…
– Лиза! Лиза, кто это? Лиза, послушай! Ты должна мне сказать, слышишь?
– Черт, я тебя не слышу! – отмахнулась Лиза. – Перезвони мне через час на известный тебе номер, ладно? Тогда я все и расскажу!
– Лиза, нет! Лиза… Мне надо знать!