Черный нарцисс стр. 117
Павел, – что вы несете, в самом деле… Вы что, хотите, чтобы я поверил, будто вы могли незамеченной подобраться к Елизавете Николаевне и ее пришить? Бросьте! Даже не забивайте себе этим голову.
Однако, несмотря на все заверения Павла, отпустили Викторию только поздно вечером, заставив к тому же подписать множество документов, в том числе и бумагу о неразглашении. Впрочем, Павел попросил шофера службы доставить ее прямо к дому.
У подъезда Виктория заметила автомобиль Никиты, и в душе ее шевельнулась неприязнь. «Что он тут делает?» – подумалось ей.
Он сидел на ступеньках лестницы напротив двери ее квартиры. Рядом с ним стоял пакет
из супермаркета, и оттуда соблазнительно-игриво торчало горлышко дорогого шампанского.
При одном взгляде на сияющее лицо Никиты Виктории захотелось немедленно куда-нибудь деться, чтобы вообще его не видеть. Слишком уж явно его настроение контрастировало с тем, что ей только что довелось пережить. И это шампанское после всего, что случилось сегодня, было совершенно ни к чему.
– Ты что, ждал меня?
– Ну да. Ты же не дала мне ключи… когда поменяла замки.
Виктория открыла дверь и вошла. Так и есть. Снова телефон разрывается от звонков. Когда же они все угомонятся, в самом деле?
Никита поставил на пол пакет, обнял ее и попытался поцеловать, но она вывернулась и отступила к стене.
– Слушай… Я устала. Может, ты уйдешь, а? Мне сейчас совсем нехорошо.
Однако Никита только улыбнулся.
– Как же я уйду, если тебе нехорошо?
Не разуваясь, она прошла в комнату и села на диван, глядя на Никиту чужими, пустыми глазами. Он забеспокоился. Такой он Викторию никогда не видел.
– В чем дело, Вика? Что-то случилось? Все же хорошо, ты теперь при деньгах…
Ей хотелось закричать, завыть в голос, настолько этот глупый, никчемный разговор был далек от ее мыслей, от ее переживаний. Опять деньги! Всем подавай только деньги, и больше ничего! А то, что ее одноклассницу застрелили, и они опять упустили жестокого, коварного убийцу, – конечно же, в счет не идет.
– У тебя рукав испачкан, – сказал он после паузы.
Виктория знала, что это вовсе не грязь, а кровь Лизы, руки она вымыла, но на одежде остались пятна. Впрочем, неважно, потому что она отлично знала, что никогда в жизни больше не осмелится носить эти вещи.
– Может быть, ты мне скажешь, что случилось? – продолжал Никита, глядя на нее.
Ей хотелось выложить все, но она вспомнила бумагу о неразглашении и отвернулась.
– Ничего особенного, – еле слышно ответила она.
– Это завещание Сергея на тебя так повлияло? – допытывался он.
…Боже мой, да что ж они все сводят только к деньгам? Как будто есть на свете такие деньги, которые могли бы выбить ее из колеи…
Телефон в передней умолк, но затем стал трезвонить снова. Мобильник она уже давно отключила – он выводил ее из себя.
– Я там шампанского купил, – сказал Никита. Он не понимал, что с ней творится, и терялся, не зная, как снова нащупать путь к ней. – Выпьем?
– За что? – неловко спросила она.
– Как за что? За нас.
Ну да, подумала Виктория циничная, Виктория умудренная жизнью, раз предыдущий любовник оставил мне кое-какие деньги, грех будет их не просадить на себя, любимого. Интересно, а Никита обручальное колечко