Черный нарцисс стр. 83
вырвалось у него. Теперь на его лице была смесь отчаяния и усталости, которая поразила Викторию. – Черт возьми…
Старинные часы рассудительно, с расстановкой пробили очередную четверть часа и умолкли.
– Ну а ты? – спросила Виктория.
– Что – я?
– Почему ты мне не звонил? Наверняка смог бы раздобыть телефон… если бы захотел.
Сергей вздохнул, свесил руки между колен, сгорбился, поник.
– Я-то, конечно, хотел… Но…
Он беспомощно махнул рукой.
– Жизнь так сложилась, что… и разные дела… ни минуты свободной… ну, ты понимаешь.
Виктория неожиданно разозлилась.
– Да брось ты… У нас всегда есть время на то, что нам действительно нужно. А «нет времени, дела» – это отговорки для тех, кто нам не нужен. Когда не хочется что-то делать, у нас всегда наготове тысяча оправданий.
– У тебя для меня тоже не было времени, – тихо напомнил он.
И они замолчали.
– Ладно, – вяло проговорил Сергей. – Чего уж теперь…
– Да, – подтвердила она, глядя мимо него. – Поезд ушел.
Он вздохнул и шевельнулся на стуле.
– А ты никогда не думала, как бы могло все сложиться, если бы…
– Думала. Только что толку? У меня только одна жизнь, Сережа. Другой жизни не будет.
– Ну да, ну да… Только, знаешь, если бы ты меня позвала… Я бы, наверное, ее бросил.
Машинально она отметила, что он не стал даже называть Веру по имени. Это равнодушно-враждебное «она» на самом деле значило очень, очень многое…
Хуже могло быть только «эта».
– Вы прожили вместе столько лет, что ж ты ее не оставил?
Сергей насупился.
– Шутишь? Было бы ради кого…
– Да брось ты, Сережа… Почти пятнадцать лет, да люди не остаются вместе столько, когда их ничего не связывает. И ты сам это отлично понимаешь.
– Она меня зацепила, – пожаловался он. Точь-в-точь таким тоном, каким, наверное, в древности король Артур жаловался на свою жену Гиневру, которая не оправдала его ожиданий. – Черт знает чем… да вы, бабы, умеете найти к мужикам подход.
А мы попадаемся, как дураки последние. – Он посмотрел на Викторию. – Знаешь, если бы ты не отошла тогда в сторону сама, если бы…
Поздравляю вас, Виктория Палей, тест на знание психологии пройден успешно. Упреки уже начались.
– Меня очень оскорбила та ситуация, – угрюмо сказала Виктория. – И еще я считала ее… их обеих… своими подругами.
– А я решил, что раз ты за меня не борешься, то я ничего для тебя не значу.
И он поглядел на нее почти робко, словно эти слова все еще могли как-то ее задеть и он заранее просил за них прощения.
– Да ладно… Что теперь все это перемалывать?
Она говорила и понимала, что он все равно не может отойти от этой темы, как, впрочем, и она сама. Виктория могла сколько угодно тешить себя иллюзией, что все кончилось, осталось в прошлом, что Сергей ничего для нее не значит, это другой человек, и она другая, и вообще что было, то быльем поросло, – но уже то, что сердце ее билось чаще и она волновалась и краснела, говоря с ним, свидетельствовало, что ничего не кончилось и, возможно, вообще не кончится никогда. Не зря же тема любви и предательства появлялась чуть ли не в каждом из ее романов, подспудно питая ее творчество; и не зря