Чёрный властелин стр. 146
было бы попробовать договориться.
– Мой мерзкий акцент говорит о том, что я знаю больше один язык. А чем можешь похвастать ты, ишак в образе человека? Только что ты махать сабля и кричать «Аллах акбар»?
Пленник с гордым видом промолчал.
– Ты в большой задница, араб. Я великий колдун Мбонга! Я знать страшный пытка. Сначала я превратить тебя в женщина!
– Ты врёшь, Мбонга. Колдовства нет.
Ага, вот ты и попался. Запах смелости от тебя не пошёл пока, но страх заметно. Я достал колбу с серной кислотой и вылил немного на одежду пленника, в районе промежности. Хлопок весело обуглился.
– Колдовства нет?
Араба проняло.
– Колдовства есть! Я Мбонга! У Мбонга много колдовства!
– Колдовство бессильно против воинов Аллаха…
Это ты, милок, себя пытаешься убедить, а не меня. Причём безуспешно.
– Ха! Ты хорошо веселить великий Мбонга. Ты святой? Может, ты праведник? Нет? О! Колдовство сильно! Очень сильно!
Я произвёл свою лучшую имитацию е…сумасшедшего колдуна. С дьявольским смехом. Людоедообразный Ачан оскалился, хоть и не понимал, о чём речь.
– Но это только начало. Я делать из тебя женщина. Потом я дать тебя Мумба. – Я ткнул пальцем в чернющего «людоеда». – Мумба любить женщина, любить девочка. Когда я превратить тебя в женщина, ты стать девочка.
Ачан очень вовремя облизнулся.
– Потом быть весело. Я отдать тебя собаки. Собаки есть твои руки, есть твои ноги. Но ты не умирать. Я Мбонга – великий колдун. Ты умирать, когда я хотеть. Не раньше. После собака ты умирать. Я тебя душить-вешать. Когда ты умирать, я зашить твой тело в свиная туша и так бросить.
Пленника уже трясло. Одно дело – пасть от рук врагов и прямиком в рай, а совсем другое – попасть в руки к колдуну-извращенцу и выслушать рецепт увлекательной путёвки в мусульманский ад. Ненавижу мракобесие, но сейчас суеверность араба сыграла мне на руку. Самое смешное, что, скорее всего, я навешал придурку лапшу на уши, и даже если я бы устроил ему всё вышеперечисленное, это никак не повлияло бы на его путь в рай или ад. Даже по суровым исламским канонам.
– Ну что? Ты честно-честно отвечать, или я делать страшный пытка?
А ведь я уже успел поостыть и уже не испытываю особой ненависти к арабу. В конце концов, он родину от меня защищает. И, пожалуй, не его вина, что его султан попал под раздачу, а заодно и страну подвёл. Единственное, что я могу ему реально поставить в вину, – это его мусульманство. Мракобесы – хуже негров. А ведь у меня в соседях негры-мракобесы… Вот потеха будет. Тем временем клиент созрел.
– Спрашивай, колдун, я отвечу, если ты пообещаешь мне достойную смерть.
Пока ошалевший от жары конь медленно вёз меня к негусу нагасту, я размышлял о результатах допроса. В руководстве армии завёлся «крот». Нападавшие бедуины были совсем не бандой, а подразделением армии джибутийского султана. Какая-то сволочь передала врагу наш маршрут и график, и нас ждали. Твою мать. Так пыжиться над секретностью, чтобы всего одна продажная шкура подставила всю кампанию под угрозу провала. Найду кто… прикажу заживо растворить в кислоте, чтобы даже праха не осталось. Или ещё что-нибудь придумаю.
И что теперь делать? Хотя если вдуматься, то выбор