Честь горца стр. 155
ей удалось убедить себя, что она, пусть немного, небезразлична тебе, то сейчас, после того как мы встретились, она чувствует себя обманутой. Найджел, подумай! Ты не можешь быть ей безразличным, если она позволила тебе стать ее любовником, несмотря на боль и предательство, которые пришлось пережить. Не знаю, о чем она думала тогда, но сомневаюсь, что ей хотелось стать заменой той, которую ты хотел. И я точно знаю, о чем она думает сейчас – о том, что она страшно сглупила.
– Мне понятно, почему ты решил привезти ее сюда, – вмешался Балфур. – Но почему ты не объяснился с ней? Ведь сейчас хватило бы пары слов, чтобы успокоить ее.
– Я ни в чем не был уверен, пока не оказался здесь и не увидел Малди и Жизель рядом.
– Господи! – воскликнула Малди. – Ты собирался поставить нас рядом и сравнить?
– Нет, конечно. Но это был единственный способ избавиться от последних сомнений. Я не мог сделать ей больно, обещав то, что потом могло легко оказаться ложью. – Он поморщился от недовольства собой. – Вместо этого я промолчал и сделал ей еще больнее.
– Она нужна тебе? – спросил Джеймс.
Найджел криво усмехнулся:
– Очень.
– Значит, будешь ее добиваться?
– Джеймс, я думаю, она меня на пушечный выстрел не подпустит. Будет трудно добиваться ее на расстоянии.
– Она ведь останется здесь. Ей некуда податься, потому что ее будут разыскивать, чтобы повесить за очаровательную шейку. Конечно, усадить и заставить выслушать будет нелегко, но ты должен это сделать. Сейчас нужно рассказать ей всю правду и доказать, что она нужна тебе и нужна именно она. Давай, парень, у тебя же никогда не было проблем с девушками по этой части. Обдумай все как следует, и с ней тоже все будет как надо. Тебе на это потребуется время, стоит она того?
– Да, стоит. Просто я думаю, что теперь она считает, что я ничего не стою после всего, что случилось.
Вытянувшись на кровати, Жизель уперлась взглядом в потолок. Руки, сжатые в кулаки, лежали по бокам. Она уже приняла ванну, поела немного из того, что принесли, не ощущая вкуса. Потом переоделась в хрустящую от свежести полотняную ночную сорочку, которую Маргарет разложила на кровати. Все, что было нужно, она уже сделала. Теперь ей нечем было себя занять. Оставшись наедине с мыслями, она меньше всего хотела думать или быть в одиночестве.
Решив, что теперь можно дать волю слезам, Жизель перевернулась на живот и зарыдала, уткнувшись в мягкую подушку. И плакала, пока слезы не кончились. Вскоре она почувствовала себя опустошенной, но не настолько, чтобы сразу заснуть. Боль так и не кончалась.
Она все никак не могла поверить, что Найджел предал ее. Несмотря на то что глаза видели все, в ней еще жила глупая надежда на то, что она ошиблась, что есть какое-то разумное объяснение всему, что произошло. Он был первым человеком, помимо родственников, конечно, кому она довольно долго доверяла. Ее возмущала мысль, что придется смириться с тем, что она с самого начала была не права.
Он попользовался ею, и она будет еще большей дурой, если откажется признать этот факт. Похоже, что именно ту женщину он любил, и она не стала