Чингисхан. Пядь земли стр. 18
пренебрегал совместными тренировками с консулом Зевтой. Скромная еда и физические упражнения хорошо сказались на цвете лица, налившегося здоровьем. Если положение Феомаха сильно проиграло от произошедших событий, то здоровье только выиграло.
– Сам комит священных конюшен? – с притворным удивлением спросил викарий. – Это большая честь для меня.
Эйрих понимал, что Соломон Приск сейчас играет, потому что Татий вкратце рассказал суть и ход их аудиенции. Викарий точно заранее знал, что Феомах с Эйрихом, поэтому цель игры не до конца очевидна. Возможно, он так развлекает себя.
А ещё было понятно, что Феомах лично знаком с Соломоном, потому что возникло подспудное ощущение, что это два знакомых человека делают вид, будто видятся впервые. Да и не мог проезжавший Филиппополь вельможа не посетить резиденцию викария…
– Пейте, друзья, – дал знак рабам Соломон Приск.
Рабы разнесли кубки с разбавленным вином.
– Приятно поражён щедрым угощением, – понюхал содержимое кубка Иоанн Феомах.
– Гостеприимство – честь хозяина, – улыбнулся Соломон.
Римляне наслаждались вином, а Эйрих был не самым большим любителем. Даже более того – вино он терпел, от безальтернативности.
«Хороший айраг – вот ради чего стоит убивать и умирать», – подумал Эйрих, без особой радости отпивая из кубка.
Доить кобыл Эйрих умел, жизнь научила, но не стал заниматься странными для готов делами на глазах соплеменников. К тому же, пришлось бы изготавливать приспособления, долго и муторно возиться с ними, взбивая айраг часы подряд…
«Лучше я совершу набег на гуннов, похитив у них пару-тройку десятков женщин и несколько табунов лошадей», – подумал он. – «Эх, надо бы начать возвращать в свою жизнь привычные вещи…»
Идея дерзкого налёта на гуннов – это, конечно, авантюра, но Эйрих скучал по привычным вещам из прошлой жизни. Ещё ему хотелось попробовать гуннского айрага, который просто не мог не существовать. Пусть эти кочевники во многом уступают монголам, но кое-что общее с ними у них есть. И вообще, скоро придёт время как следует изучить гуннов, чтобы найти их слабые места.
– Хорошее вино, – произнёс Русс. – Но ты ведь позвал меня и этих уважаемых людей не просто так, Соломон?
– До меня дошли слухи, что асдинги планируют крупный набег, – отставил кубок на столик викарий. – Кто-то, присутствующий здесь, убил короля гуннов, поэтому за Дунаем стало очень неспокойно. Гунны борются за власть – это хорошо, но покорённые ими племена почувствовали запах свободы – это плохо. И прямым следствием этого ощущения свободы стало появление на северном берегу небольших отрядов асдингов.
– Надеюсь, ты не ставишь мне это в укор? – усмехнулся Эйрих.
– Кто я такой, чтобы ставить тебе что-то в укор? – вопросил Соломон. – Я вижу в тебе умелого и осторожного воина, который знает, как надо обращаться с гуннами. Мы уже слышали о тебе, Эйрих, сын Зевты. А ещё мы слышали историю о том, как именно у тебя оказался Иоанн Феомах.
Повисло напряжение, но Эйрих отметил, что бывший комит священных конюшен напрягся даже сильнее, чем он сам.
– Это всё дело прошлое, – прервал тишину Соломон. – У нас есть актуальная проблема – асдинги, замышляющие зло против Филиппополя. И есть у меня очень выгодное предложение для тебя, Эйрих, сын Зевты…
Глава четвёртая. Когда ты в Риме, поступай как римляне
/13 июля 408 года нашей эры, Восточная Римская империя, диоцез