Библиотека

Чудовище проклятого острова стр. 97

Размер шрифта
-
+
Тема

Ты брать чего будешь? Али погреться зашёл?

— Да ну тебя, рыжий! Тащи свои лепешки и чай с ягодами.

— Эля?

— Не положено, я на службе.

Рыжий обвел меня любопытным взглядом, точно диковинную зверушку. Хмыкнул и отрезал:

— Будет сделано! Садитесь лучше в углу, — посоветовал, ещё раз хмыкнул и скрылся из вида.

Никто внимания на нас не обращал. Женщин в трактире не было, кроме Изольды и жены рыжего. Только мужчины. Преимущественно воины. Пару стариков, что играли в карты, и несколько совсем молодых ребят.

— И не думай, — когда мы уселись за стол, произнес дьяр.

— О чем?

— Этих прощелыг тебе облапошить не удастся.

— Думаешь? — с запалом спросила.

Генри выгнул бровь, усмехнулся, но тут же грозно отрезал:

— У нас за шулерство и со скалы сбросить могут.

— Тогда почему вы и они мухлююте?

— Так не поймали же, — хитро улыбнувшись, подмигнул мне воин, отчего я захохотала. Чай и вправду оказался вкусным, а лепешки таяли во рту. Непривычная еда неожиданно пришлась мне по вкусу. В Вондервиле я бы точно возвратилась ещё не раз в пекарню за лепешками. Чай из ягод был несколько кисловатым и терпким, но что-то в этом было. Сидя в трактире и болтая с Генри о ерунде, я впервые расслабилась. Позволила себе забыться. Никого я не интересовала. Никто не пялился в мою тарелку, не цедил сквозь зубы «чужачка». В этом трактире с нелепым названием «дохлая Шельма» я была одной из дьяров. И это меня почему-то не пугало.

Глава 14

Я почувствовала присутствие Кайдена задолго до того, как он зашел в башню и поднялся в мои (наши?) покои. Это сложно объяснить, но сердце бросилось вскачь, захотелось вдруг подбежать к окну и удостовериться в своей догадке, но я сдержала этот неуместный и совершенно абсурдный порыв.

Спрашивается, с чего бы мне его встречать?

Разумеется, приличной невесте стоило бы спуститься, но я отказывалась ею быть. Хотя и понимала, что выхода нет.

Эти два дня я знакомилась с дьярами, искала лазейку, чтобы сорвать помолвку или на крайний случай отсрочить ее, но все бестолку. Дьяры оказались неприлично ответственными людьми. Сказал — сделал. Помолвку можно было сорвать только двумя способами: моей неожиданной кончиной или Кайдена. Ах да, ещё если я вдруг окажусь «порченной», но эта участь в Хель -горде хуже верной смерти. Распутных девиц здесь не жаловали. Им запрещено помогать, брать на работу, дружить с ними и даже здороваться. Таким девицам дорога в дом терпимости, о котором здесь все говорили шёпотом, или же отмывать свои грехи — добровольной жертвой.

Каким способом можно отмыть свои грехи, мне никто не поведал. Дьяры вообще после этих вопросов подозрительно на меня косились. Поди, приписали мне пару «грешков». Впрочем, такой позор был редкостью. Если уж девица и оказывалась порченной, то ее супруг об этом упрямо молчал. Не разглядел в девице блудницу — плохой муж и воин. Благо, простынь с доказательствами невинности дьяры не вывешивали на всеобщее обозрение, как это было в Канибалу. Жуть какая!

Посему выходило, что помолвки избежать мне не удастся. Однако радовало то, что помолвка не женитьба. У меня будет тридцать будней,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.