Цветок яблони стр. 92
сиора.
— Что не так?
— Сиора?
Она провела рукой, указывая на поле под звездным небом.
— Слабый запах костра из Мертвых земель. Он едва уловим, но я его ощутила у окна. Костер на юге. Это правильно?
— Пастухи, сиора. Они не подвержены предрассудкам и заходят чуть дальше, чем позволяют себе другие люди. Овец в этом краю великое множество, а там щедрая земля и сытная трава.
— Я не вижу огня.
— Полагаю, если подняться к храму, а еще лучше — забраться на его шпиль, огонь можно попытаться разглядеть, сиора. А отсюда — не получится.
— Там, где вы стояли на часах, высокое место. Хороший обзор. Кто-нибудь из вас видел огонь?
— Я, сиора, — помедлив, признался воин с крепким подбородком.
— А когда мы спускались?
— Не обратил внимания, сиора.
— Огонь погас. И запаха дыма нет, хотя ветер не изменился.
Гвардейцы, не понимая, переглянулись между собой.
— К чему вы клоните, сиора? — подозрительно спросил де Серра. — Чем вас так беспокоит костер пастухов? В конце концов они просто могли затушить его и лечь спать.
— Или нет, — раздался голос из темноты и все, кроме Шерон, видевшей Ради, вздрогнули. — Ты ведь чувствуешь, дитя белого пламени? Смерть подняла тебя с постели.
— Сейчас я не чувствую никакой смерти, дэво. Слишком далеко.
— Сон расширяет границы дара тзамас.
Она с тревогой посмотрела в ночь.
— А как почувствовал это ты?
— Никак. Я прочитал об этом в Медной книге Храма. Мири любит тебя и просила защищать.
— Твоя Мири или та, что ушла в зеркало?
— Разве есть между ними разница? — невинно поинтересовался тот, избегая прямого ответа. — Я лишь ее след. И подталкиваю тебя, словно ветер, который разгоняет туман сомнений. Доверяй своему дару. Он никогда не лжет.
Ради улыбался. Словно любимая богиня поцеловала его в лоб.
— Ты счастлив.
— Да. Ибо выполнил ее волю, которая ожидала тысячи лет.
Шерон вздохнула и приказала:
— Разбудите лейтенанта, сиор Серро. Пусть поднимает роту. Шаутт близко.
На этот раз никто спорить не стал.
Лейтенант Адельфири де Ремиджио выглядел мрачнее тучи. Взъерошенный спросонья, он стоял без шляпы, уперев большие кулаки в бока, не перебивая слушал Шерон.
— Шаутт, значит.
— Один. Может быть двое. Пастухи убиты, я почувствовала их смерть. Огонь погашен, чтобы его цвет раньше времени не поднял тревогу в деревне. Это сделали мэлги, полагаю.
— Сколько времени прошло с тех пор, как сиора вышла из своих комнат? — вопрос предназначался Серро.
— С полчаса, командир.
— Они не спешат.
— Это мэлги! — без всякого уважения фыркнула Лавиани, которая, пожалуй что, была куда более мрачна, чем треттинец. — Они не глупее нас с вами.
Последняя фраза прозвучала так, что можно было понять — уж сойка-то знала, кто рядом с ней умный, а кто непроходимый дурак.
— Они не имеют привычки бездумно ломиться вперед, даже ради такого лакомства, как человечина. У них есть разведчики и, если они поймут, что силы неравны, пройдут мимо. Найдут другое место. В противном случае сперва окружат, снимут часовых, поставят стрелков и метателей копий на удобные позиции, а после уже начнут сжимать клещи, чтобы никто из добычи не сбежал.
Сиор де Ремиджио, несколько удивленный такими познаниями у женщины, все же нашел в себе силы кивнуть, показывая, что принял к сведению услышанное.
— Не дожгла ты их. Эти