Цыганочка без выхода стр. 47
свою ошибку: будильница не исполняет песни без слов, да и не похоже это было на песню. Похоже было на страдальческое мычание Федора Ивановича Шаляпина, мучимого жуткой зубной болью. Через пару секунд басовитый вой дополнился истеричным визгом — как будто Робертино Лоретти палец дверью прищемил, и до меня наконец дошло, что концерт без заявок исполняют автомобильные сигнализации во дворе.
Звучало это крайне тревожно, но у меня лично особого волнения не вызвало, потому как наш семейный автомобиль увез моих мужиков в Крым и, следовательно, был в безопасности от локальных катаклизмов. Поэтому я спокойно вылезла из-под одеяла, раздвинула шторы, открыла окно и выглянула
из него во двор — без спешки и с умеренным любопытством, как деревянная кукушечка из часов.
А во дворе-то было весело!
Во дворе гарцевала абсолютно голая гражданочка, судя по хорошей фигуре — молодая и неплохо подготовленная к хореографическим выступлениям. Она выплясывала на автомобильном капоте нечто среднее между канканом и джигой, умудряясь удерживаться на скользкой покатой поверхности… А, нет, уже упала! Сползла на землю, пнула колесо, фланирующей походкой переместилась к другому авто, забралась на капот, с него на крышу и там повторила свое танцевальное шоу.
— На пьяную не похожа, — заметил мой внутренний голос. — Пьяная бы шаталась и орала что-нибудь, организуя себе музыкальное сопровождение.
Я согласно кивнула: девица скакала по машинам молча и деловито, будто добросовестно выполняя заказ помять в экспрессивном танце как можно больше автомобилей. Зачем это делать и почему непременно голышом, было решительно непонятно.
— Интересное кино, — сказала я вслух.
Ответом мне был чей-то тяжкий вздох.
Я высунулась из окна подальше, этажом ниже увидела фигуру в аналогичной позе, опознала ее и позвала:
— Катя! Красная «Тойота» — это же твоя?
— Моя. — В голосе соседки не было должного отчаяния, только бесконечная усталость.
— Застрахована от всего? — догадалась я.
— Ага. Но придется побегать за выплатой и повозиться с ремонтом, а когда мне? — Катя снова вздохнула.
Я поняла ее без дополнительных объяснений: у Катерины восьмимесячная дочка, она одна обеспечивает молодой матери насыщенную развлекательную программу практически без антрактов.
— Но хоть полицию ты вызвала? — спросила я.
— Вызвала, но выйти не смогу — мы с Олечкой дома вдвоем, и она как раз уснула.
Подивившись крепости психики младенца, способного спать под хоровое пение противоугонных сигнализаций, я предложила:
— Хочешь, я к ним спущусь?
— Спустись, пожалуйста!
— Ладно. — Я закрыла окно и пошла в прихожую.
— Переоденься! — посоветовал внутренний голос. — В ночнушке ты будешь гармонировать с голой бабой, полицейские могут подумать, что у вас пижамная вечеринка, и тебе придется доказывать, что ты не принимала участия в этом предосудительном веселье.
Это был дельный совет, и я им воспользовалась. Переоделась в спортивный костюм, сунула ноги в кроссовки, рассовала по карманам ключи и мобильник и вышла из квартиры, в последний момент прихватив с вешалки старый банный халат.
Женская солидарность — не пустые слова. Вне зависимости от того, что именно сподвигло голую гражданочку на шокирующее выступление в нашем мирном дворе, расширять аудиторию ее зрителей до бесконечности мне не хотелось. А я не сомневалась, что среди жильцов нашего дома найдутся такие, кто захочет снять происходящее на видео, чтобы слить его в Сеть.
Поэтому во двор я вышла, призывно потрясая распяленным