Дальняя дорога (сборник) стр. 105
знаешь.
— Я ее жалею, — упрямо повторил Лорка. — Если бы не это, я бы пригласил ее участвовать в экспедиции и без Всемирного женского общества. Но если я буду поставлен перед необходимостью, то первое предложение сделаю Нике. В таких делах личное ничто по сравнению с общественным долгом. Никто не простит мне ошибок.
Альта опять прижалась щекой к его плечу.
— Может быть, ты и прав.
— И еще одно. — Лорка помолчал. — Временно нам придется жить не здесь, а в городе.
Альта вскинулась, взглянула в глаза мужа.
— Почему?
— Пусть это будет моей маленькой тайной.
Глава 7
Игоря Дюка Лорка отыскал в бассейне. Собственно, это был не бассейн, а большой участок морской мелководной акватории, оборудованный для купаний, плавания, водных и подводных спортивных игр и прыжков. Игорь стоял в непринужденной позе на самом краю площадки десятиметровой вышки, небрежно опираясь на перила, и смотрел вниз на голубую, будто подкрашенную синькой воду, а поэтому не заметил приближения Федора. Лорка сел у самой воды на упругую, теплую скамью. Покосившись на безжалостное тропическое солнце, словно окутанное раскаленной шалью, Федор нажал клавишу комфортных условий. Позади него немедленно потянулся вверх штырь с набалдашником. Когда он достиг нужной высоты, над головой Лорки с сухим треском раскрылся большой зонт и из-под его голубого шатра повеяло легким потоком прохладного воздуха. Лорка распахнул ворот рубашки, блаженно откинулся на спинку скамьи. Теперь можно было заняться делом. Лорка посмотрел на вышку — поза Игоря изменялась, она приобрела настороженность, и смотрел Дюк теперь не на воду, а прямо на Лорку. Игорь вдруг театрально развел руками и радостно-удивленно крикнул:
— Федор!
— Это не я? — расслабленно ответил Лорка, подставляя прохладным струям воздуха то одну, то другую щеку.
— Федор, рыжий ты ангел.
Дюк на секунду вытянулся стрункой — темный силуэт на белесо-голубоватом небе. Тонкий, гибкий — прямо юноша, только развитые плечи да посадка головы выдавали его истинный возраст, — он хотел сделать тройное сальто, но перекрутил и, входя в воду, поднял косой веер брызг.
Вынырнув, Дюк выпустил изо рта струйку воды и наставительно сообщил:
— Вот как не надо делать тройное сальто с десятиметровой вышки!
— Верно, — согласился Лорка, — не надо так. Нехорошо. Неэстетично.
Дюк сделал несколько мощных гребков, выбрался на берег и, скаля зубы, принялся вытираться мохнатым полотенцем. Под загорелой кожей перекатывались и играли мышцы. Усаживаясь рядом с Лоркой, Игорь спросил:
— Ты один или с Эллой?
— А что, надо было привезти?
Игорь не ответил и, пристально глядя на воду, жестом призвал Лорку к молчанию. Федор ничего не понял, однако, подражая Дюку, принялся смотреть на воду. Но ничего не происходило, вода как вода.
— Ожидается явление Христа народу? — шепотом спросил Лорка.
Игорь скорчил презрительную гримасу.
— Дядька Черномор с прекрасными витязями?
С той же миной Дюк помотал головой. Федор хотел спросить еще о чем-то, но не успел. Вода легонько вспучилась, запузырилась, и на поверхности появилась хорошенькая девичья головка. Она встряхнула коротко стриженными волосами, нараспев укоризненно сказала:
— Что же вы, Игорь?
Дюк не без торжества взглянул на Лорку и скороговоркой спортивного комментатора проговорил:
— Одно из торжественнейших событий сегодняшнего дня — рождение Афродиты из морской пены; Зовут Ладой.
Лада перевела взгляд с Игоря на Лорку, потом обратно, неторопливо вытерла еще раз