Дарт Плэгас стр. 184
– посередине засушливого плато, служившего ареной для битвы, были выстроены точные визуальные копии ситских кораблей, а на земле возникли видимые лишь с неба изображения гигантских тотемных фигур, для чего аборигенам пришлось убрать с поверхности десятки тысяч устилавших ее вулканических камешков размером с кулак. Когда полвека назад на планету впервые явился Плэгас, его и Тенебруса встречали воины, вооруженные луками и длинными копьями с металлическими наконечниками.
Ничто иное, кроме боя, не интересовало ситов, однако это не удерживало местных жителей от попыток умилостивить гостей с небес, и раз за разом они оставляли у места их постоянного приземления различные яства, невинно убиенных жертв, предметы того, что они мнили искусством, созданные из материалов, которые по местными меркам считались драгоценными или священными. Но ситы не замечали подношений, а лишь ждали, когда аборигены выведут на бой своих воинов – что и происходило сейчас на глазах у Сидиуса и Плэгаса.
Пролетев на бреющем над городом, они оповестили местных о своем прибытии, после чего посадили корабль на равнине и прождали шесть дней, пока под скорбное завывание рога аборигены маленькими группками скапливались на холмах, обступающих арену битвы.
– Ты помнишь, что говорил Дарт Бейн об убийстве невинных? – спросил Плэгас.
– Наша миссия, – пустился в пересказ Сидиус, – не
в том, чтобы нести смерть тем, кто не годится, чтобы жить. Мы преследуем лишь одну цель – выживание Ордена. Мы стремимся нарастить наше могущество, а для этого мы должны взаимодействовать с самыми разными биологическими видами на огромном множестве планет. Рано или поздно весть о нашем существовании достигнет джедаев.
Чтобы воздержаться от бессмысленных убийств, Сидиус и Плэгас держали в руках не мечи, а силовые пики. Метровой длины оружие, распространенное среди воинов-эчани и сенатских гвардейцев, имело на концах парализующие головки, которые посылали разряд, способный на время вывести из строя нервную систему противника, не нанося при этом серьезного вреда организму.
– Следующие несколько часов покажут, насколько ты быстр, ловок и меток, – сказал Плэгас, когда от толпы аборигенов отделилось несколько сотен самых крупных, самых отважных и опытных воинов, чьи тела были размалеваны краской, полученной из глины, растений и грунта. – Но это не просто тренировка твоих способностей; это и обряд инициации для аборигенов – тех, что способствуют нашему возвышению, а значит, и сами являются слугами темной стороны. Пройдут века, и туземцы будут встречать гостей из космоса огнестрельным или даже лучевым оружием. Но к тому времени и мы эволюционируем – возможно, до такой степени, что в этом обряде уже не будет нужды, – и мы прилетим, чтобы почтить их обычаи, а не чтобы драться. Могущество дарует нам победу, а победа сорвет с нас оковы. Но могущество – лишь средство к достижению цели.
Под гулкий бой барабанов и крики толпы воины тряхнули оружием, издали оглушительный боевой клич и помчались вперед. Плэгас едва заметно кивнул, и двое ситов бросились им навстречу: они метались меж воинами, словно призраки, уклоняясь от стрел, сверкающих копейных наконечников и боевых топоров, вступали в схватку один на один, на двое и даже на трое, но всякий раз валили противника с ног ударом силовой пики, до тех пор пока среди сотен извивающихся, корчащихся