Библиотека

«Дело Фершо» стр. 197

Размер шрифта
-
+
Тема

смотреть на Мишеля, он обратился к медсестре:

— Оставьте нас, мисс Дженни. Сегодня вы мне больше не понадобитесь.

И бросил ей вдогонку:

— Скажите Марте, что она может идти за покупками и пусть не спешит.

Бессознательно ожидая увидеть его изменившимся, Мишель был несколько сбит с толку и раздосадован, обнаружив своего бывшего патрона таким же, как прежде.

— Садитесь, Мишель.

Впрочем, какие-то перемены в нем все-таки произошли. Так, вместо сомнительной свежести пижамы на нем был чистый костюм. Однако рубашки не было, и виднелась седая щетина на груди. Борода была причесана.

Чувствовалось, что он умывался холодной водой, на мочке уха осталось мыло. На веранде слабо пахло одеколоном.

— Вы не поверили, что я болен?

Взгляд его остался таким же. Как только Мишелю могло прийти в голову, что у Жефа и Фершо одинаковое выражение глаз? Взгляд Фершо был более острым, прозорливым, в нем чувствовалась горечь.

Фершо явно нервничал, потому что потирал руки, не решаясь встать, а ему недоставало самоуверенности, когда он сидел в шезлонге.

— Вы ведь не удивились, получив мое письмо? Признайтесь, вы его ждали и удивлялись лишь тому что оно не пришло раньше.

— Может быть.

Что еще говорил Мишель? Он не помнил. Отвечал, чтобы ответить. Ему недоставало обычной самоуверенности. Он оглядел террасу и удивился, увидев цветы в вазе. Вероятно, их принесла медсестра и составила букет по своему вкусу. Она же, по-видимому, работала за столом — его столом! — на котором стояла пишущая машинка и лежали бумаги.

Он ревновал, увидев, что ему нашли замену, хотя понимал, что это не так уж плохо. На какое-то мгновение ему показалось, что его позвали лишь для того, чтобы над ним посмеяться. И едва не вскочил с места. Фершо, угадав его движение, поспешил сказать:

— Что бы вы ни думали, я был очень несчастен. Но это не имеет значения. Расскажите, чем вы занимались?

Перно ли Жефа так подействовало на него или это была реакция на происшедшие изменения в доме? Он угрюмо ответил:

— Думаю, вам это известно не хуже, чем мне.

И вспомнил Голландца. Фершо не стал отрицать, но оставив без внимания это косвенное обвинение, настойчиво спросил:

— Вы довольны?

Мишель ожидал другого. Он предвидел мольбы, думал, что Фершо начнет уговаривать его вернуться. А выходило, что допросу подвергся он сам, на него были устремлены маленькие глазки старика, буквально проникавшие в его душу.

— Мне следовало написать вам раньше. Мне хотелось это сделать каждый день. Я боялся, что вы откажетесь вернуться.

Мишель было открыл рот, но ему не дали сказать.

— Это моя вина, и я не сержусь на вас. Помните наш разговор в Дюнкерке?

— Помню.

— Я вам сказал… Однако важно не то, что я сказал, а то, чего не сказал. В то время вы были озабочены тем, что я думаю о вас, точнее — о ваших возможностях в будущем. Ведь это, и только это, всегда заботило вас. Вам хотелось ощутить свою силу, попробовать…

Движением руки он остановил его. Было ясно, что Фершо тщательно продумал свою речь и хотел произнести ее до конца.

— Не помню, что я вам ответил. Знаю только, что не был до конца искренен. Я привык к вам. Вы это знаете.

Вы уже тогда злоупотребляли этим.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.