Библиотека

«Дело Фершо» стр. 54

Размер шрифта
-
+
Тема

салфетками в кольцах для завсегдатаев.

— Они уверены, что я скрываюсь в Бельгии.

Мишель тоже подумал, что они направляются в Бельгию. Но, сделав ряд пересадок, остановок на вокзалах, разлучаясь и снова воссоединяясь, проведя и вторую ночь без сна, наблюдая, как за грязными окнами мелькают названия разных станций, они в конце концов окончательно остановились в Дюнкерке.

Фершо ни разу не прилег с тех пор, как они выехали из Кана. Но лихорадка спала, дрожь в пальцах прекратилась, на лбу не было испарины. Он был бледен, впалые щеки еще более подчеркивали худобу лица. Отросшая борода хоть и была седая, однако не придавала внешности ее

владельца убогий вид, а, напротив, делала ее неприметной.

— Я намерен опять дать вам поручение, Моде. На этот раз можете идти вместе с женой. Я не хочу останавливаться в отеле — туда сразу наведается полиция. Найдите какой-нибудь дом и снимите комнаты. Поскромнее, и лучше в районе порта.

Удаляясь, Лина и Мишель подумали об одном и том же: может быть, он хочет воспользоваться их отсутствием чтобы сбежать?

Они не сделали и двух шагов, как, словно догадавшись, о чем они думают, Фершо вернул их и отдал Мишелю свой чемодан:

— Вам лучше явиться с багажом.

— Но…

Мишелю стало неловко. Ведь покупая таким образом, Фершо оказывался в их руках. Достаточно ли он знал их? От волнения у Мишеля навернулись слезы.

— Видишь, — сказал он Лине по дороге, — какой это человек! Уверен, когда ты узнаешь его, как я…

К его удивлению, она не стала возражать. Они долго бродили, читая объявления на окнах низких домов в многолюдном районе порта. Временами, чтобы навести справку, Мишель заходил в кабачок и всякий раз выпивал рюмку.

Их поиски, которым, казалось, не будет конца, все же закончились успешно, и вот теперь они лежали, ожидая наступления дня или прихода сна, в постели с неопределенным запахом — Лина утверждала, что пахнет водорослями, которыми набит матрас.

Уличный шум понемногу приобрел реальное значение — это был грохот пришедших в движение вагонов, лязганье буферов неподалеку от дома, гудки заводов, созывавших рабочих. Начал работу и находившийся поблизости кран.

— Ты не спишь?

— Нет.

— Мы надолго здесь?

— Не знаю. Думаю, да.

— На что он надеется?

На этот вопрос Мишель тоже не мог ответить, хотя и начал смутно догадываться. Теперь ему удавалось лучше разбираться в реакциях необыкновенного человека, с которым он жил несколько недель и чьи поступки сначала так раздражали его. Но Мишель не мог поделиться с Линой своими ощущениями — они были слишком сложными и смутными.

Скажем, он начал догадываться, что только тоской можно было объяснить то презрение, с которым Фершо относился к вещам и людям. Но эта тоска была отлична от той, которую мог бы испытывать он, Мишель. Бесконечная, холодная тоска человека много повидавшего, все понявшего, вернувшегося к истокам и оценившего наконец всю тяжесть человеческого одиночества. Эта тоска была одинаковой в парижском дворе, и в доме в дюнах или в старом аристократическом особняке на улице Канонисс. Можно было догадаться, что Фершо уже испытал эту тоску на своей моторке, пока мотался в ней по рекам Убанги.

Он сделал все, что было в его силах. Дальше идти было некуда. Ему принадлежала обширная

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.