Дело о наезде стр. 41
вечером.
– Вы куда-нибудь уезжаете?
– Нет, никуда.
– Так почему вы не можете приехать, как всегда? В дом не входите, встретимся прямо здесь. Или вам не хочется?
– Дело не в том, что мне не хочется. Просто временами меня это беспокоит, – ответил я, глядя на нее. – Ведь, если о наших уроках узнает ваш муж, он придет в бешенство.
Она засмеялась – смех у нее был на редкость заразительный, – положила обе руки мне на запястье и легонько его качнула.
– Он просто лопнет от злости. Ну и пусть лопается, правда? Да все равно он ничего не узнает.
– Но вас могут увидеть Уоткинс или миссис Хэппл…
– Они никогда не выходят по вечерам, но давайте знаете что сделаем? Встретимся у вас. Я приеду на велосипеде. Можно? Я очень хочу посмотреть, как вы живете.
Сердце мое неистово заколотилось.
– Лучше не надо. Нет, приезжать ко мне вы не должны. Если вы хотите получить завтра урок, я приеду сюда ровно в девять, но только если вы очень этого хотите.
Она открыла дверцу и выскользнула из машины, потом повернулась и посмотрела на меня через открытое окно.
– Вы ужасно милый, Чес, – произнесла она. – Скажите, я ведь делаю успехи, а? Скоро уже смогу сдавать на права?
– Да, успех налицо, – хрипло произнес я. Ну почему я не могу обнять ее и прижаться губами к ее губам, таким манящим? – Ладно. Увидимся завтра.
Дома я приготовил себе двойной виски с содовой, сел в кресло и принялся обдумывать положение.
С нашей первой встречи прошло пять дней, но в жизни своей я не влюблялся так сильно. Понимала ли она это? Или вполне искренне верила, будто я готов рисковать расположением Эйткена только ради того, чтобы поучить ее водить машину? Неужели она настолько наивна? В этом надо разобраться.
Меня сильно обеспокоило ее предложение приехать ко мне. Я как-то говорил ей, что мой филиппинец уходит в семь и что живу я
один. Что же это – намек, что она готова ответить мне взаимностью?
Это маловероятно, с неохотой признался я себе. Я был для нее услужливым другом, который любезно согласился научить ее водить машину и который доставлял ей массу удовольствия, не ожидая ничего получить взамен. Во всяком случае, предполагать что-то другое у меня не было никаких оснований.
Далее, говорил я себе, надо выяснить еще одно: понимает ли она, как я рискую? Я ведь ставлю на карту свое будущее. Если Эйткен узнает о наших встречах, моя предстоящая нью-йоркская одиссея рассеется как дым.
Я долго не мог заснуть. Естественно, на работу я пришел невыспавшийся и злой и был счастлив, когда рабочий день окончился. Я захватил с собой кое-какие бумаги, решив посмотреть их в выходные.
В эту минуту вошла Пэт – она с ангельским терпением сносила мою раздражительность – и дала мне на подпись еще несколько писем.
– Черт подери! – рявкнул я. – Неужели я еще не все подписал?
– Здесь всего шесть писем, – миролюбиво ответила она.
Вытащив ручку, я поспешно нацарапал на письмах свою подпись, затем выпрямился и сказал:
– В понедельник приду пораньше. А сейчас смываюсь. Уже больше шести?
– Почти половина седьмого. Куда-нибудь уезжаешь?
Я исподлобья взглянул на нее:
– Не знаю. Возможно. Может, поиграю в гольф.
– Надеюсь,