День пистолетов стр. 50
этажах. После этого я спокойно спустился к квартире Рондины по лестнице. Я нажал кнопку звонка.
— Кто там? — раздался через несколько мгновений ее голос.
— Тайгер, дорогая.
Дверь без промедления открылась. Она стояла на пороге в белом платье, сияющая и прекрасная. А каждый изгиб ее великолепного тела дышал женственностью.
— Можно войти? — спросил я.
— Конечно.
Рондина улыбнулась, и я словно опять вернулся в свое прошлое на двадцать лет назад. Я снова был тем самым человеком, которого она могла свести с ума своей улыбкой.
Она ждала реакции, но я взял себя в руки. Другой на моем месте был бы уже сражен наповал, но я уже прошел через школу Рондины и был неуязвим.
Я только сказал:
— Благодарю, крошка!
И вошел.
Она закрыла за мной дверь и молча прошла в гостиную. На этот раз на проигрывателе стоял Вагнер, исполняющий бессмертную тему любви и смерти. Очень подходяще. Голливудский режиссер, и тот не смог бы обставить эту сцену удачней.
У Рондины был слегка усталый вид. Под глазами пролегли тени, морщинки, как паутинки около рта, выдавали ее возраст, и я неожиданно поймал себя на чувстве, которое считал давно умершим в моей душе.
Я бросил плащ и шляпу на спинку кресла, а сам уселся на софу и с наслаждением вытянул ноги. В поведении Рондины была нервозность, и она постаралась скрыть это, подойдя к бару. — Выпьешь?
— А почему бы и нет?
— Шотландского?
— Ты столько раз готовила для меня напитки, крошка, что должна бы и запомнить, что я пью. С тех пор мои вкусы не изменились. Простое виски и имбирное пиво, — и не очень крепкая смесь.
Я находил игру Рондины безукоризненной, но сейчас это не имело никакого смысла. Мы были одни, и я сказал:
— Как чувствует себя мистер Селвик?
Рондина поставила мой стакан на столик передо мной и ответила:
— Он пришел в себя. Чувствует себя хорошо. В понедельник, как обычно, он придет на работу.
— Я слышал, что ты завтракала с ним.
Она внимательно посмотрела на меня.
— Ты что-нибудь имеешь против этого?
— Возможно, — я взял стакан и попробовал напиток. Он был смешан правильно.
— Этот приступ у него начался в самый неподходящий момент.
Она нахмурилась, словно не понимая меня.
— У него и раньше бывали такие приступы.
— И всегда перед этим ты завтракала с ним?
Рондина поняла, к чему я клоню, и стакан в ее руке задрожал. Она тщетно пыталась подыскать ответ.
Прежде чем она это сделала, я сменил тему разговора.
— Мы получили информацию о Диане Кейн. Она интересует тебя или же тебе и так все известно?
Она буквально оцепенела. Стакан выпал у нее из рук и разбился. Кусок льда заскользил по полу в мою сторону. Лицо Рондины стало смертельно бледным. Мне не удалось скрыть улыбки.
— Через нее ты и проникла в семью Кейнов. Остается только выяснить еще одну деталь, крошка: где настоящая Эдит Кейн?
Рондина не ответила. В ее взгляде читался страх, ярость и неприкрытая ненависть. Я продолжал:
— Тогда я отвечу на этот вопрос за тебя. Возможно, настоящая Эдит Кейн содержится где-нибудь в заключении. Однако я держу пари, что она мертва. Ты предпочитаешь заметать свои следы. Все люди, которые дали тебе рекомендации, знали Эдит Кейн