Библиотека

Десять баллов с острова Наварон стр. 43

Размер шрифта
-
+
Тема

подходы к лагерю охраняются, и тем не менее убийца оказался здесь. Может быть, ему и не пришлось обходить посты, может быть, он уже находился в лагере? Предатель среди нас, и я бессилен его обнаружить! Просто в голове не укладывается.

Все молчали и избегали смотреть на Брозника, по тону которого легко угадывалось его подавленное состояние. Андреа, с аппетитом опустошивший свою тарелку, с сожалением смотрел на нетронутые тарелки Рейнольдса и Гроувса. Перевел вопросительный взгляд на сержантов. Они кивнули, Андреа протянул руку и передвинул тарелки к себе. В мгновенье ока они остались пустыми. Рейнольдс и Гроувс смотрели на Андреа, широко раскрыв глаза, не столько потрясенные непритязательностью его вкуса, сколько неспособные понять, как может человек с таким аппетитом поглощать пищу всего несколько часов спустя после убийства одного из своих товарищей. Миллер тоже посмотрел на Андреа с нескрываемым ужасом и, попробовав еще немного своей «поленты», отложил ложку, брезгливо сморщив нос. Он с удивлением отметил, как Петар неловко орудовал ложкой, не снимая с плеча гитары.

— Он что — никогда не расстается с этой проклятой гитарой? — с раздражением спросил Миллер.

— Бедняжка, — тихо сказал Брозник. — Так мы его зовем. Слепой бедняжка. Он с гитарой не расстается, всегда ее с собой носит. Даже спит с ней, разве вы не обратили внимания этой ночью? Ему эта гитара дороже жизни. Несколько недель тому назад один из наших парней, шутки ради, попробовал отнять ее у него. Так Петар, не смотрите, что слепой, чуть его не убил!

— Ему, должно быть, медведь на ухо наступил, — заметил Миллер. — Более расстроенной гитары я в жизни не слышал.

Брозник слегка улыбнулся.

— Согласен. Но неужели вы не понимаете? Он ощущает ее близость. Она принадлежит только ему. Это все, что у него осталось в мире кроме мрака и пустоты. Наш бедняжка.

— По крайней мере, мог бы ее настроить, — пробурчал Миллер.

— Я понимаю ваши благие намерения, мой друг. Вы хотите отвлечь нас от тяжелых мыслей, но, к сожалению, это невозможно. — Брозник повернулся к Меллори. — Как невозможно и то, что вы задумали, — освободить захваченных связных и нейтрализовать немецкую контрразведку. Это безумие, чистой воды безумие! Меллори махнул рукой.

— Взгляните на себя. Провианта нет. Пушек нет. Транспорта нет. Есть винтовки, но к ним нет патронов. Нет лекарств. Танков нет, самолетов. Надежды нет, а вы продолжаете борьбу. Разве это не безумие?

— Ну что ж. — Брозник улыбнулся, подвинул к Меллори бутылку ракии. Подождал, пока он нальет себе стакан. — Выпьем за безумцев!

— Я только что беседовал с майором Стефаном на западном перевале, — сказал генерал Вукалович, — Он считает, что мы все сошли с ума. Что вы на это скажете, полковник Ласло?

Человек, лежащий в укрытии рядом с Вукаловичем, опустил бинокль. Это был загорелый здоровяк средних лет с потрясающими иссиня-черными усами, как будто намазанными гуталином. Задумавшись на мгновение, он сказал:

— Он, без сомнения, прав, генерал.

— Ваш отец — чех, — возразил Вукалович. — А ведь чехи всегда отличались благоразумием.

— Он родом с Высоких Татр, — объяснил Ласло. — А там все сумасшедшие.

Вукалович улыбнулся, поудобней устроился и, подняв к глазам бинокль, начал внимательно осматривать местность

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.