Детектив с одесского Привоза стр. 713
так был уверен в своем предположении, что, встретив Петра Бондаренко, сразу же повел его на кухню, где уже стояла лестница-стремянка.
— Смотри, сейчас фокус буду показывать, — сказал Забара и начал подниматься по лестнице-стремянке.
Потолок на кухне был необычный: деревянный, покрытый лаком, посредине находился маленький квадратик, от него расходились к стенам квадраты все больше и больше, стыки между досками были прикрыты планками.
Забара начал дергать планки, которые образовывали примерно полуметровый квадрат. Одна из них показалась липкой. Видно, ее недавно покрыли лаком, не успела высохнуть.
Забара дернул эту планку сильнее, и она оторвалась. Оказывается, была прибита лишь двумя маленькими гвоздями.
Из небольшой щелочки выглядывал конец шнура. Забара дернул его. Раздался легкий щелчок и... в потолке открылся люк.
Проем в перекрытии был закрыт еще и верхним люком. С двух сторон его держали крючки. Забара сбросил их и поднял верхний люк.
Лаз из квартиры вора-рецидивиста Коти Черевика вел на чердак.
С трудом протиснувшись сквозь отверстие, Забара очутился в своеобразной маленькой оранжерее. Только вокруг не было цветов, а под ногами вместо земли находился большой лист фанеры.
Остатки светового и вентиляционного фонаря на чердаке сохранились. Прямоугольник, образованный застекленными рамами, уходил от потолка к крыше.
Как же Черевик затащил сюда такой большой лист фанеры? Ага, вот застекленная рама аккуратно распилена по горизонтали. Он вынул ее нижнюю часть, и образовалось «окно». Теперь эта часть рамы забита тонкими досками и повешена на петли. Вон и задвижка. Открывай ее и распахивай нижнюю часть рамы на все девяносто градусов, дыши свежим воздухом.
Ожидаемого идеального порядка на чердаке Забара не увидел. Разве что весь хлам — старая обувь, надбитые разнокалиберные бутылки, поржавевшие металлические консервные банки — был аккуратно разложен по кучам.
Ну хорошо: поставил лестницу-стремянку, сделал несколько несложных манипуляций — и путь на чердак открыт. Поднялся. А дальше что? Понюхал пыль, проинвентаризировал кучи старья и спустился назад?
Нет, не стал бы Черевик ради этого столько мудрить. Тут, как говорится, и коню ясно. Ему отсюда надо срочно на свежий воздух, на волю. Вот именно — на волю!
Мешает увесистый замок, который с той стороны висит на двери? Там тоже наверняка что-то придумано. Не зря он ключ держит у себя.
Забара подошел к чердачной двери.
Ну вот, так и есть. Команду «На чердак не пускать, а с чердака выпускать!» выполняет обыкновенный штырь. Наружный конец его загнут в кольцо для замка, а здесь на конце — резьба. Она обильно покрыта смазкой, ничуть не заржавела, гайка зажата не плотно, скручивается легко.
Забара снял гайку и, выбив штырь, распахнул дверь.
Куда же можно отсюда попасть? В свой двор — какой смысл? Но если спуститься по лестнице, прикрепленной к торцевой стене особняка до второго этажа, а потом не идти на открытую галерею, а перешагнуть через перила и стать на крышу соседнего, примыкающего вплотную особняка, с его крыши перебраться на крышу пристройки, оттуда спрыгнуть на землю, еще три десятка шагов — и уже другая улица, уже ищи ветра в поле...
Если бы 21 марта лестница-стремянка была не в квартире Петровских, а находилась на своем обычном месте в углу коридора, Котя Черевик наверняка улизнул бы этим путем — не