Библиотека

Детектив с одесского Привоза стр. 769

Размер шрифта
-
+
Тема

косвенное доказательство того, что он на правильном пути, Забара дал двум «юнцам» денег, и они купили у отца Коти Черевика вяленого леща, рыбца и связку тараньки. Затем поехал к большому знатоку всех рыбных секретов Анатолию Людкевичу. Показал ему купленную рыбу:

— Из какой местности могут быть вот эти лещ, рыбец и таранька?

Как и принято в Одессе, Людкевич ответил вопросом на вопрос:

— А почему главная улица нашего города называется Дерибасовская?

Со знатоком всех рыбных секретов надо было устанавливать контакт. Хорошо, что хохму на эту тему Василий Забара уже слышал.

— Если новороссийскому генерал-губернатору герцогу Ришелье, или, проще говоря, Дюку, установлен бронзовый памятник, то это отнюдь не означает, что название улицы Дерибасовской связано с именем начальника экспедиции Дерибаса, специально посланной в 1794 году для строительства города и пристани. Просто на этой самой улице находится центральный рыбный магазин. Так вот, туда все заходят и спрашивают: «Слушай, де рыба?» Отсюда и название — Дерибасовская.

Это было как пароль. Людкевич понял, что имеет дело со «своим человеком». И не остался в долгу:

— Заходит чудак в этот же магазин и спрашивает у продавца, есть ли икра. «Вы можете немного подождать?» — спрашивает в свою очередь продавец. «Могу», — отвечает этот чудак. Ну и ждет. Потом и говорит: «Послушайте сюда, я жду уже три часа». — «Нет, теперь вы послушайте сюда, — отвечает продавец. — За эти самые три часа хотя бы один покупатель спрашивал: есть ли в нашем магазине икра?» — «Нет, — отвечает этот чудак, — не спрашивал». Продавец развел руками и говорит: «А зачем же нам держать такой товар, который не пользуется спросом у покупателей?» Или еще про икру. Однажды продавали ее в этом же магазине. Икра не настоящая, а химическая. Мазать на хлеб ее уже можно, а есть еще нельзя...

— Хорошая байка, — прервал Людкевича Забара. — Но откуда все-таки вот эта рыба?

— Что рыба? — взмахнул руками Людкевич. — «Шаланды, полные кефали, в Одессу Костя привозил». Даже несколько лет назад в том же Черном море водились и скумбрия, и чирус, и камбала, и глоса. А бычки?! Промышленный лов вели, в банках с томатным соусом консервировали. Сорок три копейки с посудой. Ешь — не хочу! Вкуснотища! Банки, несмотря на острые концы, вылизывали. А ставрида, анчоус?! Косяки надо было от берега отгонять, купаться мешали... Ты не косись на меня, хочешь сказать, что человек больше всего врет в двух случаях: перед женитьбой и после рыбалки. Нет, что было, то было... Неужто придет такое время, когда мы будем восхищаться: «А помнишь, как взяли двух голышей? Один, правда, маленький. А второй такой крупный, почти как средний палец!» Может прийти такое время?

Людкевич помолчал и сам себе ответил:

— Может. Потому что пока кто-то один раз отмеряет, остальные семь раз отрежут. Бык всегда поймет индюка, если речь идет о красном. Это я о браконьерах, о тех, кто химичит, отравляет все живое. Попробуй найди на них управу? Вот и эти рыбехи, что ты показываешь, — лещ, рыбец, таранька. Каждая с икрой. Конечно, для торговли вид товарный. Но с другой стороны — сколько потомства загублено!

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.