Дети гарнизона стр. 201
этим, когда пораненный, в поместье лежал. Слеглась по молодости. А потом их бегство, эвакуация. А меня записала на фамилию другого, Революционного героя. Так что Надежда была мне в аккурат сестрою.
– Так эта Надежда – моя мать, вот, ее бабушка, – с трепетом в голосе показал на дочь Ленкин отец.
– Вот чешет старый демон! – рассмеялся Юрочка.
– Нет, ну надо же! – всерьез удивился Рачибо. – А я уж думал, один я на белом свете! Наливай, а то заплачу!
Выпив, Рачибо с отцом обнялись, обхватил их своими мощными руками смеявшийся бригадир Юрочка. Так и стояли они в хмельном
умилении.
Ленка с Виком улыбались, прижавшись друг к другу. Вик шептал:
– Какие удивительные и простые люди – твой отец, старик Рачибо, Юрочка, рыбаки! И как легко здесь дышится, на Тарханкуте! Точно в сказку попал. И ты из этих мест. Теперь и я. Будем приезжать сюда каждый год.
– Да, любимый, – гладила по щеке, преданно глядя в глаза. – У нас будет много-много детей. И каждое лето будем вместе жить в палатках у Чаши или здесь, на Атлеше. И старый Рачибо рядом. Это и будет нашим Ковчегом.
– А ци демоны – их вокруг полно, – разошелся в ночи баечник. – Во всяком случае, на Тарханкут такое ветром занесет – ховайся. Аркашка, той демон, шабашник местный. Самое откровенное зло. Оно нет-нет, и работае. А так в перерывах неделями ходит наподдатый, сам коричневый, своих вынюхивает. Кентов. Ага! На бомжатнике таких много. Как виллы у моря строить стали, так накатила и этих волна, шабашников. И только пьет с ними може день, а може, неделю. На вылет. Ну и каждый раз из его собутыльников один сгорит в лохмотьях от ночной папироски, а другой онемеет и на утро представится. Или вон, одну бабу ихнюю, снесли на погост – абсолютно синяя, как чернила. И что пила с ним – неведомо. А ему-как с гуся вода!
– Брехня все это. Байки. Стечение обстоятельств, – отозвался Юрочка. – Да ты, старый, сам демон. Да-да, и не отпирайся. Диспансерить тебя хотели лет пятнадцать назад. Никакой истории болезни не нашли. Завели новую на тебя, за державный кошт. И та пропала. Фельдшер не сбрешет. Но я-то знаю, что должна быть. Вот и в сельсовете, когда кинулись – нет про тебя документов. Только слухи, что пропал лет на пять.
– Це я в командировку защурился – усмехнулся Рачибо. – Онуков на Тамани проведував. Ну вы, молодежь, сидите дальше. А я просмотрю ставни, поосвечую. Може, ждуть огонька какие мореходы запоздалые!
Завернулся в телогрейку, прихватил фонарь и похромал уверенно в ночь. И будто слилась хромающая тень с лунной морской дорожкой…
На Атлеше Белан приходил в себя, окруженный заботой Ленки и ее близких, думал, анализировал ситуацию, размышлял. Какие действия спланировать на ближайшие дни? На будущее? Уход от погони, это – что? Волки промахнулись и на время затаятся, и мирной паузой следует воспользоваться? Или волки, учуяв запах свежей крови, неотступно будут преследовать по пятам? Как дальше поступить? После отлежки уходить с Тарханкута за кордон? Все бросить? Или еще можно подмять ситуацию под себя? Да,