Дети луны стр. 344
дара ясновидения. Но я не могу доказать этого, не продемонстрировав его отсутствие.
— Иными словами, вы не отказываетесь? — спросил Сегирт.
— Я хочу побыстрее покончить со всем этим.
— Постойте, постойте! — воскликнул Вальтер. — А какое будет ручательство, что она нас не выдаст?
— А ручательством, и, одновременно, ценой моих действий, очевидно, будет моя жизнь. Где я живу, вам всякий скажет, и достать меня там будет гораздо проще, чем вас в ваших замках, укрепленных дворцах или даже на марше. Но…
— Что значит «но»? — впервые в голосе Гарена Сегирта послышалось какое-то подозрение.
— Я предполагаю, что ничего не выйдет. Но — на всякий случай я прошу вас как можно точнее сформулировать, что вы хотите от меня услышать. Подумайте о том, пока мастер Присциан совершит свои приготовления.
— Предложение, не лишенное смысла, — пробормо тал Орнат.
— Это просто, — сказал Вальтер. — Нам нужно знать, что случится с Лауданской провинцией через год.
— Нет! — Сегирт слегка поднял руку. — Через год — пожалуй, преждевременно. Через три года.
— Думаю, так будет лучше, — согласился Орнат.
Мать Изенгарда изъявила согласие.
— Сестра Тринита, тебе известно, что нужно делать? — осведомился Присциан.
— Да.
Ученый запалил медную лампу, из которой потянуло ароматическим дымом неопределенного запаха, затем повесил ее на вбитый в восточную стену клин, так, чтобы свет от лампы падал на хрустальный шар под определенным углом. Отраженный множеством граней, он рассеялся призрачными лучами, которые, чередуясь с тенями, заплясали над водой в чаше.
Сестра Тринита подвинула табурет и стала смотреть на хрустальный шар. Присциан открыл книгу и принялся читать. Остальные хранили молчание. До семи раз повторил Присциан заклинание, писанное на древнем и не понятном никому, кроме природных духов, языке. После седьмого сестра Тринита сказала:
— Хватит. У меня шея затекла…
— Что это значит? — холодно осведомился Гарен Сегирт.
Присциан вытер пот со лба.
— Не знаю. Я много раз проделывал этот опыт, и он всегда оказывался удачным. — Голос его дрогнул. — И я считал, что в случае общения с человеком, обладающим Силой, это облегчит задачу…
— Но ее Сила пересилила твою, — грубо оборвал его Вальтер.
— Что ж, господа, вы видели, я честно старалась. У меня чуть глаза из орбит не вылезли. — Сестра Тринита встала. — Но ничего не получилось. Видимо, мой мозг слишком закоснел. Так что в следующий раз выбирайте отрока или отроковицу.
— К чертям следующие разы! — Вальтер стукнул кулаком по столу. — Все это глупости, будь я проклят на том и на этом свете!
— Но послушайте! — Присциан воздел руки горе. — Одна-единственная неудача не должна остановить нас…
— А нас никто и не остановит, — с утонченной надменностью заметил Сегирт. — Но не на сем пути.
— Что до меня, — сказал Ансельм Орнат, — я всегда считал магию ремеслом занятным, но недостойным занимать ум образованного человека. Однако у нас остается истинная мудрость веков, и мы всегда можем вернуться к бессмертным творениям философов Академа, к Вергилию с Горацием…
— Вергилию с Горацием… — повторил за ним чей-то голос. Они