Библиотека

ДЕТСКАЯ БИБЛИОТЕКА. Том 33 стр. 392

Размер шрифта
-
+
Тема

как горох от стенки. Но отец Ваги был в валенках, бегал неуклюже, и ребята опережали его.

Вслед за поваром на поле устремились другие отцы. На минуту брали у сыновей клюшку и увлекались игрой. Вскоре основной состав был оттеснен за барьер, превратился в болельщиков.

Трещали клюшки и ворота. Игроки сбросили пальто, полушубки, шапки. Двор стеной шел на двор.

— Товарищи, что происходит? — прозвучал строгий голос Тамары Константиновны. — Такой мороз, а ребята без пальто.

— Какой мороз? — удивился отец Ваги, вытирая пот со лба. — Тропическая жара, дышать нечем!

— Точно, Тамара Константиновна, — подтвердили Одноух и Дыркорыл, стуча зубами. — Тропический мороз…

— Они схватят воспаление легких! — предупредила Тамара Константиновна.

Нехлебов смутился, пробормотал:

— Совсем мужики впали в детство… — Накинул на Одноуха и Дыркорыла полушубок, схватил их в охапку, побежал к подъезду. — Сейчас же под горячий душ!..

Отец Ваги пощупал уши сына, нахлобучил на него свою шапку.

— И верно — мороз. Пошли оттаивать…

А больше всех, пожалуй, замерз одинокий болельщик на дереве.

В азарте игры о Картине все забыли. Да и что она могла? Клюшку клювом не удержишь, а уж о коньках и думать нечего.

1714639716_66335364b00e5.webp

Картина очень обрадовалась, когда услышала призыв из форточки: пора домой!

В ванной наши нападающие распарились, с удовольствием вспоминали забитые голы.

— Скажи, — спросил Одноух отца, — а это хорошо — впадать в детство?

Нехлебов рассмеялся:

— Замечательно! Подрастешь — узнаешь. Только теперь будем играть вместе.

А Картина, как ни старалась, не могла вспомнить свое детство. Как она выглядела? Маленькой глупой вороной? Трудно себе представить… Ведь это было почти двести лет назад.

И ей очень захотелось вернуться в свое детство. Но что для этого сделать? Может быть, поступить в первый класс?

Весеннее настроение

Весна снижает оценки даже у отличников.

В дневниках погоды, который каждый день ведут школьники, светит вовсю солнце, увеличивается долгота дня, но времени на уроки почему-то не хватает. Рядом с пятерками появляются четверки и даже трояки.

1714639716_66335364eae71.webp

Дыркорыл каждое утро встречал с какой-то особой радостью, бежал с хорошим настроением в школу, а Одноух, наоборот, еле передвигал ноги, тер лапкой красные глаза, зевал на уроках.

— Ты спишь на ходу? — спросил на перемене Дыркорыл приятеля и дал ему подножку. — Не видишь — Ирка идет?

Ира сидит на парте перед нашими отличниками.

У нее такая длинная пушистая коса, что Одноух иногда не выдерживал, дергал тихонько — привет, мол; но Ирка на него ни разу не пожаловалась.

Дыркорыл не позволял себе таких вольностей. А сейчас почему-то обратил на Ирку внимание: такая была она солнечная и сияющая у раскрытого окна.

От подножки Одноух растянулся на полу, Ира улыбнулась, а Дыркорыл вдруг почувствовал, как бешено стучит его сердце.

С этой минуты Дыркорыл стал совершать неожиданные поступки.

Он вызвался идти за хлебом, хотя очередь была Одноуха. Тот немедленно согласился, прилег на мягкий диван.

В магазине Дырк не подошел к прилавку с хлебом, а замер у стеклянной витрины, наблюдая, не идет ли по улице Ира.

Она прошла мимо витрины. Дыркорыл выскользнул из магазина, с равнодушным видом поплелся за девчонкой.

Видит: стоит Ира посреди двора и, задрав голову, смотрит в небо. Дыркорыл тоже задрал свой пятак и не заметил ничего особенного — ни

вертолета,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.