Библиотека

Девять подвигов Сена Аесли. Подвиги 1–4 стр. 234

Размер шрифта
-
+
Тема

заглянувший в нашу книгу. А чем занимались Мергиона и Сен в течение учебного года? Ну ладно, не всего года, но, по крайней мере, с февраля по апрель? Они что, не учились? Не посещали занятия? Какие идеи здесь авторы пропагандируют?

Поспешим успокоить строгого родителя. По крайней мере с февраля по апрель Мерги и Сен добросовестно посещали все занятия и усердно учились.

Подождите удивляться. Учились Пейджер и Аесли по индивидуальной, ими самими выдуманной программе. Согласитесь, глупо зубрить заклинание, превращающее курицу в утку, если лучшее, во что ты когда-нибудь сможешь превратить курицу – это жаркое из курицы.

Задняя парта, оккупированная бывшими волшебниками в начале февраля, превратилась в не тронутый магией заповедник науки, к которому с одинаковой опаской относились и ученики, и преподаватели. К маю познаниям Мергионы в мировой истории и оружейном деле, а Сена – в психологии массового сознания позавидовал бы выпускник иного мудловского университета.

Но с магическими знаниями было худо. С умениями – ужасно. С перспективами остаться в Первертсе – вообще никак. Проворочавшись всю ночь в своих постелях, Сен и Мергиона уснули только под утро. И когда уже днем они пересеклись возле столовой, их взгляды, наполненные глубоким знанием того, что неизвестно другим, встретились…

Ну, честно говоря, другим уже все было известно. И нельзя сказать, что однокурсники проявили равнодушие. Каждый встречный сочувственно похлопывал Сена по плечу (Мергионе сочувственно кивали издали) и, не замедляя шага, уносился прочь.

Потому что в Школе волшебства начался дурдом. Дурдом назывался сюрсов.

Сразу после траурного завершения празднования дня рождения Аесли профессор Мордевольт атаковал ректора. Напирая на необходимость интенсифицировать (он так и сказал – «необходимость интенсифицировать») учебный процесс в преддверии ЕМЭ, Мордевольт без труда утвердил у измученного Югоруса свою систему сюрреалистического соревнования.

Единственный вопрос, который задал усталый Лужж: «А почему не сюрсор?».

– Ну вы скажете тоже! – возмутился Мордевольт. – Сюрсор! Разве хорошую вещь сюрсором назовут?

– Я это и имел в виду, – сказал Лужж, но требуемое заклинание Все-под-контролем в мордевольтову систему все же внедрил.

Перед завтраком важный, как рождественский гусь, Мордевольт разъяснил особенности сюрсова ученикам, и те с энтузиазмом принялись сюрсоревноваться. Еще бы, впервые за 140 лет три факультета получили шанс стать чемпионом. А один – не стать.

Возле столовой появилось огромное табло «Экран сюрреалистического соревнования», сияющее всеми девятью цветами радуги. Золотые переливы отличников горели яркими путеводными звездами. Неровная рябь средних отметок нервной судорогой прокатывалась по основной серой массе студентов. Черные кляксы хулиганов и бездельников тянули показатели вниз, издавая неприятные чмокающие звуки. Оливье Форест в графе «Орлодерр»

метался из стороны в сторону, пытаясь замызгать поля, отведенные факультетам-соперникам.

Издалека каждый из четырех столбцов, обозначающий Орлодерр, Гдетотаммер, Слезайблинн и лидирующий благодаря малому количеству штрафов Чертекак, казался моделью атмосферы в разрезе: чем ниже, тем гуще сумерки неуспеваемости.

…и когда их взгляды, наполненные тем, о чем знали все, встретились, Сен понял, что Мерги испытывает те же чувства, что и он. Лицо девочки вызывало мысли о несварении желудка.

– Тоска! – сказала Мергиона. – Куда ни сунься – сплошное сюрсоревнование. В коридорах, в спальнях, в столовой… Даже в туалете!

– Да ты что?

– А что я? Я ничего! А вот дура

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.