Библиотека

Девять принцев в Янтаре стр. 35

Размер шрифта
-
+
Тема

наконец лес начал редеть. Я давно потерял из виду Моргенштерна, хотя иногда видел джулиэновского ястреба, который парил над нами. Дорога свернула, и теперь мы направлялись к седловине меж двух пурпурных гор.

Бензобак был полон чуть больше, чем на четверть. Через час мы проехали между высокими каменными гребнями.

— Удобное место, чтобы перекрыть дорогу, — заметил Рэндом.

— Звучит правдоподобно, — ответил я. — Как считаешь, Джулиэн?

Он вздохнул.

— Да, — согласился он. — Скоро появится. Вы сообразите, как проехать.

Мы сообразили. Когда подкатили к воротам, и сторож в зеленом и коричневом подошел, вынув меч, я указал большим пальцем на заднее сидение и спросил:

— Улавливаешь сюжет?

Он уловил, да и нас узнал тоже.

Он поспешил открыть ворота и салютовал, когда мы проезжали.

Прежде чем мы пересекли перевал, перед нами открылось еще двое ворот, и где-то по пути мы потеряли ястреба. Мы поднялись в гору на несколько тысяч футов, и я остановил машину у пропасти. Справа не было ничего, кроме очень долгого пути вниз.

— Выходи, — сказал я. — Ты собирался прогуляться.

Джулиэн побледнел.

— Я не стану унижаться, — сказал он. — И не буду вымаливать жизни, — он вышел из машины.

— Черт! — сказал я. — Передо мной уже с неделю никто хорошенько не унижался! Жаль… Встань на край, вон туда. Чуть ближе, пожалуйста.

А Рэндом продолжал держать пистолет, нацеленным ему в голову.

— Совсем недавно, — сказал я ему, — ты говорил, что предложил бы помощь каждому, кто оказался бы на месте Эрика.

— Правильно.

— Посмотри вниз.

Он посмотрел. Это была долгая дорога.

— Хорошо, — сказал я. — Запомни: все может измениться и совсем не так, как ты ждешь. Запомни, кто подарил тебе жизнь там, где любой другой отобрал бы. Поехали, Рэндом. Нам пора.

Мы оставили его стоять на краю пропасти. Он тяжело дышал, и брови его были сдвинуты.

Мы добрались до границы перевала, и тут бензин почти иссяк. Я поставил передачу на нейтралку, выключил мотор, и машина начала долгий спуск вниз.

— Я думаю о том, — сказал Рэндом, — что ты не растерял былой хитрости. Я, наверное, убил бы его сразу после того, как он пытался то же сделать с нами. Но думаю, ты поступил правильно. Мне кажется, он поддержит нас, если нам удастся переиграть Эрика. Но сейчас он, без сомнения, обо всем доложит Эрику.

— Конечно, — сказал я.

— И у тебя побольше причин желать его смерти, чем у любого из нас.

Я улыбнулся.

— Личные чувства портят хорошую политику, юридическую практику и деловые отношения.

Рэндом раскурил две сигареты и одну протянул мне.

Глядя вниз за окно сквозь сигаретный дым, я уловил первый отблеск моря. Цвета синего, почти ночного неба, с золотым солнцем, подвешенным над разрезом горизонта, море было таким грандиозным — густое, как краска, плотное, как ткань королевского цвета — тоже синего, почти пурпурного, — и я разволновался, глядя на него.

Вдруг я поймал себя на том, что говорю на языке, о знании которого и не подозревал. Я читал "Балладу о Мореходах", а Рэндом слушал, пока я не умолк. И он спросил:

— Часто говорят, что балладу эту написал ты. Это правда?

— Это было так давно, — ответил я ему, — что я уж и не помню.

По мере того, как утес дальше и дальше уходил

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.