Девять принцев в Янтаре стр. 47
Образ?
— По возможности скорей.
Она обдумала мои слова, потом спросила:
— Где ты был среди Теней?
— Очень далеко отсюда, — ответил я, — в месте, где я научился любить.
— Как странно, что Повелитель Янтаря владеет этой способностью.
— Какой способностью?
— Любить, — ответила она.
— Может быть, я выбрал неверное слово.
— Сомневаюсь, — сказала Мойре, — потому что баллады Кэвина трогают струны души.
— Леди добра.
— И права, — добавила она.
— Когда-нибудь я подарю тебе балладу.
— Кем ты был, пока жил в Тени?
— Мне кажется, повелительница, — профессиональным солдатом. Дрался за того, кто мне платил. Ну а кроме этого, я сочинял слова и музыку ко многим хорошим песням.
— И то, и
другое кажется мне вполне естественным.
— Прошу тебя, скажи, что будет с моим братом Рэндомом?
— Он женится на моей подданной, девушке по имени Виалль. Она слепа и не имеет любовников среди наших.
— И ты уверена, что для нее это будет хорошо?
— Таким образом она завоюет себе хорошее положение, — ответила Мойре, — несмотря на то, что через год он уйдет и больше не вернется. Ведь что бы о нем ни говорили, он все-таки — принц Янтаря.
— Что, если она полюбит его?
— Разве кто-нибудь может это сделать?
— Например, я. Я люблю его как брата.
— В таком случае, впервые принц Янтаря произнес такие слова, и я объясняю их только твоим поэтическим темпераментом.
— Тем не менее, — сказал я, — надо быть твердо уверенным, что для девушки — это лучший выход.
— Я обдумала и убеждена. Она оправится от удара, сколь бы силен он ни был, а после его ухода Виалль будет одной из первых дам моего двора.
— Пусть будет так, — ответил я, отворачиваясь, потому что неожиданно на меня накатила печаль — за бедную девушку, конечно.
— Что я могу сказать? — добавил я. — Возможно, ты поступила правильно. Я надеюсь, — я взял ее руку и поцеловал.
— Ты, лорд Кэвин, — единственный принц Янтаря, которому я могла бы оказать поддержку, — сказала мне Мойре, — тебе, да, может, еще Бенедикту. О нем ничего не известно уже двенадцать лет и еще десять, и один Лер знает, где могут лежать его кости. Жаль.
— Я этого не знал, — сказал я. — Моя память сломана, стерта. Пожалуйста, побудь со мной… Мне будет недоставать Бенедикта, не дай бог, если он мертв. Он был моим Учителем Оружия и научил владеть всеми его видами. Но он был кроток.
— Как и ты, Кэвин, — ответила она, беря меня за руку и притягивая к себе.
— Нет, это не так, — ответил я и присел на ложе рядом с ней.
Затем Мойре заметила:
— У нас еще много времени до обеда.
Затем она прильнула ко мне мягким плечом.
— А когда мы будем есть? — спросил я.
— Когда я прикажу, — ответила она и посмотрела мне прямо в глаза.
Что ж, я притянул ее к себе, нащупывая застежку пояса, скрывающего нежность ее живота. Под поясом было еще нежнее, мягче, и волосы ее были зелеными.
На этом ложе я подарил ей балладу. Губы ее ответили без слов.
После того, как мы отобедали, — и я научился искусству есть под водой, о котором я расскажу подробнее, если в этом возникнет необходимость, — мы встали из-за стола, накрытого в высоком мраморном зале, декорированном красными и коричневыми сетями