Девять принцев в Янтаре стр. 76
так же легко уязвимый, как Арденский, казалось мне святотатством. Но Эрик был принцем в Янтаре и скоро будет королем. Предполагаю, я тоже мог бы…
Волосы и брови мои были подпалены. Глотка чувствовала себя дымоходом.
"Скольких людей нам будет стоить этот поход?" — подумал я.
Семьдесят миль покрытой лесом равнины лежало между нами и Янтарем, и более тридцати миль мы уже прошли, торопясь к концу леса.
— Блейс? — прохрипел я. — Через две-три мили отсюда тропа разветвляется. Правая тропа быстро приведет нас к реке Ойсин, впадающей в море! Я думаю, это — наш единственный шанс! Вся Гарнатская Долина будет выжжена! Наша единственная надежда — достичь воды!
Он кивнул.
Мы помчались вперед, но огонь опережал нас.
Мы добрались до развилки, сбивая пламя с наших дымящихся одежд, вытирая копоть с глаз, выплевывая пепел изо рта, проводя руками по волосам, где тлели маленькие угольки.
— Еще с четверть мили, не больше, — сказал я.
Несколько раз меня били падающие ветки. Все открытые участки кожи пульсировали от лихорадочной боли, да и все закрытые участки — тоже. Мы бежали по горящей траве вниз по длинному склону и, добежав до его подножия, увидели впереди воду, и наша скорость увеличилась, хотя раньше казалось, что это невозможно. Мы погрузились в реку, и предоставили холодной влаге обнять нас.
Мы с Блейсом ухитрялись сплавляться поближе друг к другу, а течение держало нас и несло по извилистому руслу Ойсина. Ветви деревьев над нашими головами были похожи на лучи в огненном соборе. Когда они с треском ломались и падали, нам приходилось либо переворачиваться на живот и плыть, либо нырять на глубину в зависимости от того, как близко мы были к берегу. Вода вокруг была полна шипящих и почерневших обломков, а головы уцелевших воинов, плывших за нами, были похожи на кокосовые орехи.
Волны были темны и прохладны, наши ожоги начали болеть, мы дрожали и стучали зубами.
Горящий лес мы
оставили позади через несколько миль, и перед нами раскрылась плоская долина, спускавшаяся к морю. Это было идеальным местом для Джулиэна, чтобы подкараулить нас с лучниками — решил я. Я сообщил об этом Блейсу, он согласился, но считал, что ничего предпринять мы не сможем. Я тоже вынужден был согласиться.
Лес вокруг все еще горел, и мы плыли дальше.
Казалось, прошли долгие часы — хотя на самом деле гораздо меньше, — прежде чем мои страхи начали материализовываться, и на нас обрушился первый залп.
Я нырнул и долго плыл под водой. Так как я плыл по течению, то мне удалось проскочить довольно далеко, прежде чем я снова вынырнул.
Но вокруг меня опять посыпались стрелы.
Лишь боги знают, как долго могла работать эта железная коса смерти, и я не хотел торчать здесь, теряя время.
Я опять набрал воздуха и нырнул.
Я коснулся дна. Я наощупь пробирался сквозь подводные препятствия.
Я плыл долго, как только мог, а затем всплыл у правого берега, постепенно выдыхая воздух при приближении к поверхности.
Я вынырнул, отдышался, сделал глубокий вдох и нырнул вновь, даже не посмотрев, на каком участке реки я нахожусь.
Я плыл до тех пор, пока мои легкие не попытались взорваться, а потом опять вынырнул.
На этот раз мне